Вон мачты торчат, разве не видишь? — Выдала деловито.
— Ну да, — соглашаюсь, прищуриваясь. — Да там целое кладбище кораблей.
— Останки былой и славной битвы Белой и Зелёной Тирсы. Семнадцать циклов прошло, говорят, там после сражения акул кишело, словно они со всего Серого озера приплыли полакомиться.
— Ужас какой!
— Думала, тебя ничем не напугать, — прокомментировала магичка довольная."
"Километра полтора за подозрительным купцом идём, делая вид, что прогуливаемся. Дорога вдоль крутой, но не высокой набережной то вымощена камнем, то просто уложена досками на сухой растрескавшейся земле.
Периодически уходим к домам, чтобы с грузчиками не пересекаться. Рабыни голые попадаться стали, отвлекая на себя, потому как некоторые с хорошими формами. Ещё так смотрят зазывающе.
— Крис, у тебя женщина есть, — делает замечание Ольви, заметив мою реакцию.
— Ты о чём? Это простое мужское любопытство, — отвечаю в свою защиту.
— Это рабыни для утех, зарабатывают телом для своих хозяев, — отвечает магичка. — Что может быть в этом любопытного?
— Да всё, проехали.
Купец наш с рабынями к пристани крупной заворачивает! А там кораблей целая куча пришвартована. Много мелких и несколько аж с четырьмя мачтами.
Поспешили следом, потому как за лесом мачт и грузчиками они стали теряться.
В груди волнение, какого хрена они на корабль собрались? Куда?
На большой садятся, многопалубный, самый крупный здесь. Мы ускорились!
— Крис, стой, — притормаживает магичка, когда уже влетели на пирс, как угорелые. — Энисуэльские флаги.
Вряд ли это они.
— Да в смысле⁈ — Аж взвыл.
— В оттоки выше по реке такой не пойдёт, — поясняет. — Да и видишь герб лорда. Личный корабль, не станет он ввязываться в такое.
Блин. Всё равно сомнения гложут. Но отступаем, ибо уже косятся на нас чернорабочие.
Глаз цепляется за небольшую лодку, которая несётся на парусах против течения, из — за скорости выбиваясь из общей картины.
Я бы и внимания не обратил, если бы не пассажиры! Сперва подумал, что показалось. Бинокль явил, фокус навёл!
Девочка, которую я помог брату выкупить, сидит всё ещё в ошейнике, вдобавок связанная.
И брат рядом ухмыляется. Млять, а разве брат бы её не освободил сразу⁈
Никакой он ей не брат!! Малышка слезами заливается, а этот ржёт.
Вот же сука.
— Дай — ка, — Ольви вырывает бинокль и со знанием дела смотрит в оптику. — Отличная подзорная труба, а вернее две. Хм, поздравляю Крис, ты сэкономил сектантам кучу монет, ещё и пожертвовал на их «благое» дело.
