— Это же Сиригр! Ты мне все нервы истрепал, говнюк!!
— Ничего же не случилось, — отвечаю с полуулыбкой.
— Как ничего⁈ Он тебя атаковал!
— Щит Гелака нормально справился.
— Дело в намерении! — Заявляет, ударяя внезапно обессилевшей лапкой.
Прижимаю ближе, всё, амплитуды нет. Она и сама прислонилась в ответ. Чувствую, сердце колотится быстро, сама взмыленная.
— Сумасшедший, — стонет уже, уткнувшись носом мне в грудь. — Это же Сиригр."
"— Ну и что с того, он Плато ломает, — бурчу в ответ.
— Что с того? Да он нас в порошок сотрёт, или вот, в песок жёлтый.
Если не поленится. А если поленится, вызовет армию самых сильных магов, которые станут друг с другом соревноваться, чтобы нас убить.
— Как мило, что ты говоришь «нас», — шепчу над макушкой, прижимая нежно и бережно.
Видел я, как блестят контуры в её руках. Она действительно готова была вдарить. Ибо Ольви редко, когда шутит.
— Потому что я бы не отступила, — шепчет в ответ, подтверждая мою позицию.
Отстраняю её мягко. В этот самый момент хочется ей в глаза посмотреть.
Преданные сейчас такие и… невероятно красивые.
И больше нет моих сил. Я опускаюсь к ней и целую робко, едва касаясь верхней вздёрнутой сочной губы. А она глаза закрывает.
— Не делай так больше, — шепчет, окончательно теряя силы в моих объятиях.
— Как именно не делать? — Спрашиваю и целую ещё.
— Сиригр, — ахает, и я прохожу в ротик уже языком.
Ольви отвечает. Сразу так страстно! Пять секунд, за которые я сжимаю её попу, и исследую горячий ротик. А затем она отталкивается с диким взглядом.
— Пользуешься моей слабостью? — Выдаёт с укором.
— Это какой? — Спрашиваю и снова целую, не даётся. Но вот про задницу свою забыла, за которую держу. Выгибается, напрягая булочки как раз в моих лапках.
Ну и хрен с тобой. Собрался уже отпускать. А она сама подаётся резко! Целует, язык юркий засовывает в мой рот. Ооох ты ж какая… Но это лишь её кратковременный ответ. Быстро отлипает, хочет мягко оттолкнуться от груди. Отпускаю, не держу. И мы уже не смотрим друг на друга. Из — за неловкости образовавшейся вдруг.
Пауза длится недолго. Магичка взвинчена, и она прерывает её.
— Коль хочешь мир познать, что скрыт в тени, ты в собственное сердце загляни. А если сам себя познать захочешь, смотри, собой себя не заслони, — ещё одна моя цитата из её уст раздаётся. И снова она смотрит пытливо.
— Думал, не запомнишь, — отвечаю, не отрывая взгляда от двух голубых океанов.
— Думала, ты слишком глупый, чтобы придумать её, — парирует.
— Она и не моя.
