В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

В какой — то момент Исидора замирает, жестом всех останавливая. Как раз в кустарник уткнулись густой, дальше, поверх зарослей просвет виднеется, похоже, к самой верхушке холма почти вышли. Солнышко уже поднимается, лучами простреливая кроны.

Воздух градусов десять, но мы все какие — то взмыленные и горячие.

— Что? — Шепчу я в ухо Лихетте, которая от меня не отходит.

— Ловушки, — отвечает суккубка, кивая на тонкую перетянутую поперёк веревку. Хрена се, даже не заметил!

Вскоре мне и на яму с кольями замаскированную показывают.

Идём, как по минному полю. Исидора впереди штудирует метр за метром.

Преодолев метров тридцать, снова остановились!

— Наблюдатель, — отвечает на мой немой вопрос старшая и указывает на крону дерева, что далеко впереди. Через просветы стволов едва видно цель. И не сразу замечаю там локоть мужика в листве, прям на самой верхушке сильно разветвлённого дерева сидит.

— Метров тридцать, кто тут самый меткий? — Шепчу.

Суккубки мотают головами с укором.

Что, стрелять не будем⁈

Лихетта кивает самой мелкой Тулии! Та соглашается с решительным видом. Передаёт меч с луком соратнице, кинжал в зубы суёт и ныряет в куст.

Вижу, что несколько суккубок по сторонам расходятся с луками, видимо, её страховать. А девка крадётся к дереву, не издавая никакого шума! От ствола до ствола, от кустика к кустику, подбираясь всё ближе к наблюдателю. Даже я вижу, как она ловко минует ловушку, перелезая через натянутую нить!

К дереву приближается, делая широкий шаг, обступает ещё одну ловушку.

Похоже, ямку. И дальше по стволу взбирается, как «человек — паук» с кинжалом в зубах!

Вверху она скрывается за ветками, и у меня дыхание замирает. Через пару мгновений слышна всё же лёгкая потасовка, а точнее шелест листьев. И всё быстро затихает. Рука вражеского бойца безвольно свешивается. А Тулия спокойно слезает.

Ух, черноглазая бестия.

Даёт нам знак. Спешим к ней! Но, не доходя, Лихетта меня останавливает.

— Крис, лагерь через полсотни метров за этим холмом, — выдаёт с заметным беспокойством.

 — Ветер на нас, но боюсь, что твой необычный запах оборотни всё равно учуют, дай нам самим разобраться, убрав как можно больше нечистых тихо. Пока не объявят тревогу, в человеческом обличии перебьём их легко.

— Шум поднимем, ворвёшься. Жди сигнала, — добавляет Лихетта, зная меня уже, как облупленного, и дальше кивает сестре: — Зоррин, с Крисом остаёшься.

Брюнетка и не спорит.