В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Только дух перевёл, шарик воздушный неподалёку от меня скакнул. Я чуть душу Богу не отдал от страха! А это всего лишь кусочек золотой брони в виде звена цепи до меня добраться пытается. Хм, похоже, тот самый, что копьё с перчатки стесало.

— Давай домой, дружок.

Послушно втягивается через сапог. А я вот думаю, нахер мне столько брони всякой? И как от бордовой и болотной теперь избавиться? Ах, да, кто мой клинок сорокакилограммовый потащит?

Вспомнил о магах! Пошёл тела обшаривать.

— Сдаём обереги, амулеты, всё магическое, — бросаю со злорадством, подходя к первому трупу.

Стоило, конечно, подождать до утра, когда сгорят. Но сгораю уже я от нетерпения! Десять колец, шесть кулонов и три браслета. Большая часть из золота, камни есть крупные, и веет от них магическим. Но ничего не отдаёт, как и ожидал. Особый интерес вызвал браслет огневика из золота с рубинами крупными вперемешку с бриллиантами чуть поменьше. Может и не они, но очень похожи. Не будут же самые крутые маги Гелака носить всякую хрень?

Сгребаю всё лапами загребущими в общую кучу вампирского барахла для профессиональной экспертизы в целях собственного применения.

Я уже заскучал сидеть, когда вернулась Лихетта. Даже придремал.

— Крис, мы всё зачистили, но предлагаю дождаться утра, чтобы убедиться, — докладывает. — А с рассвета стоит пещеру обыскать.

С ног валюсь, уже сутки не спал. Какие к чёртовой бабушке обыски⁈ А чудесно спасённая, как заново родилась, теперь не угомонится.

— Я понимаю, что у тебя сил теперь хоть отбавляй, — смеюсь.

На правом фланге от бомбёжки огневика уже пожарище приличное разошлось. Пепел в воздухе витает, треск мощный доносится. Очень удачно, что деревья вокруг лагеря все вырублены и ветер пожарище гонит вглубь, а не к дороге.

— До рек дойдёт и само затухнет, — отвечает Лихетта на выдохе, не уловив намёка.

— Ревекка где? — Уточняю. Ибо после того, как она оделась в уцелевшую часть шмоток, разбросанную по вершине, упустил её из виду.

Утром дождь вдруг полил. Полчаса ливня и дальше моросило противно. Небо до вечера накрыло пасмурное. Охренеть, протянули бы с операцией ещё на день и кранты плану!

Двое суток мы плелись ещё по просёлочной дороге в окружении леса и ввалились в первое попавшееся село мокрые, грязные и страшные, как черти с помойки. Хотя больше походили на восставших мертвецов.