В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Вот же обрадуется Ангелина.

А как «обрадуется» мой батя. Солдат ему точно не видать при любом раскладе. Потому что здесь гражданская война.

— Вразумил теперь? — Раздалось победное от Миранды, которая, вероятно, прочла на моём лице то, что хотела увидеть значительно раньше.

Но каждый видит так, как хочет увидеть.

— Так, а что здесь войска графини этой забыли? Столица вроде с другой стороны, толку у Хребта собираться, если направление ожидаемых боевых действий другое? — Спрашиваю деловито, стараясь не выказывать особой озадаченности.

Карту я помню, действительно, столица Андарии вообще далеко на севере — востоке.

Снова подаётся с загадочным видом:

— Я слышала, что они хотят отрезать Левант от Андарии, построив крепости на перевалах.

— Зачем им это? — Встрепенулся я.

— Графиня ждёт, что Левант попробует вернуть власть наследному принцу, который у них гостит. А ей это не выгодно.

Час от часу не легче! Она про Северина. Получается, ни для кого не секрет. А с другой стороны, кто это скрывал вообще?

— Да что тут за графиня такая водится⁈ — Вскипел мгновенно я.

Что там за идиотка, которая может нам в войне с нечистью сильно насолить! Как мы спокойно получим поставки от Градира, если здесь, мать их, анархия и своенравная графиня! Сука тупая, если нечисть уничтожит Левант, никакие блокпосты ей не помогут. Они будут следующие.

— Молодая и невинная, прекрасней которой нет во всей Андарии, –выдаёт Миранда с гордостью и спохватывается, дальше уже шёпотом: — новый самозваный король — её бывший воздыхатель, говорят, он из — за неё и совершил переворот.

— Получается, всё как всегда, — хмыкаю, растирая лицо. И понимая, что устал безмерно.

— Все беды от баб, — бросаю зло.

— От красивых баб, — поправляет Миранда, легко соглашаясь. — Но знаешь, под её власть идут с большой охотой. Возможно, под свою длань она соберёт разваленное королевство. Слышала я, что уже имеет два тайных союза, ей и провизией помогают и казной.

— А много у неё войск, не знаешь?

— Тысяч семьдесят, а то и сто, — выдаёт. Что я чуть вискарём не поперхнулся. Ещё и присвистнул.

— А ты как думал, с её именем на устах столько мужей уже полегло в попытках свершить подвиг. А теперь такие возможности: целая война, — говорит, не скрывая иронии.