В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

Девки сжались и закричали, теряя равновесие. А я время замедлил уже на грани сил и возможностей! Смекнув почти сразу, что звук губительный идёт от раскрывшихся цветочного вида бутонов. А ещё увидев, что расправившаяся лоза по стенам останки, тварь такая, прячет! Сама жрёт или высасывает, аль на скарабеев работает, не важно! Кромсаю нещадно, только куски в воздухе и замирают вместе с густыми ядрёно — зелёными брызгами.

Медленно возвращаю режим, хватая сразу двух подружек себе под подмышки. Ольви и Нелли, ибо они уже, похоже, спать завалились.

Суккубка сама кое — как рвётся за мной по свежескошенной, сука, траве. А кислятиной несёт, аж в носу щиплет и в горле скребёт до блевотного кашля.

Вырываемся из гробницы, жуки за нами! Золотая лавина под светом солнца слепит глаза и рвётся, похоже, тоже из последних сил! Девок всё ещё тащу, так бы вдарил огоньком, магия уже пашет.

За спиной на фоне шелеста тысяч лапок доносятся визг и шипения. Оборачиваюсь! Ага! Вот зачем угольная крошка здесь рассыпана.

Они от соприкосновения дохнут почти мгновенно. Две дорожки тонкие твари кое — как по трупам прошли. Третью уже по дорожкам поперечным из мраморной крошки. Пыл их схлынул. Последнюю самую толстую чёрную полосу миновал с облегчением, девушек посадил и обернулся. Измученные малышки так и осели на задницы. Имира следом перепрыгнула, придержала обеих.

— Крис, они угля боятся, — поделилась догадкой. — От угольной воды тоже тогда дохли.

— Короче, ты хочешь сказать, что в ней бы мы спаслись, — хмыкаю, отступая ещё и подгоняя полуобморочных малышек.

— Думаю, загнали бы себя в ещё большую ловушку, — ответила суккубка.

Жуки встали перед самой широкий угольной полосой. Добегающая позади лавина постепенно замерла.

— Вот суки, — прошипел, глядя на тварей в каких — то метрах от меня.

Понимаю же, что магией бить их нельзя, нарушим периметр из угля, и пиши пропало: твари просочатся в мир. А кто — то ведь позаботился о том, чтобы их здесь сдержать.

Похоже, дело было так, растение глушило путников, а эти жрали.

Не успел отдышаться, со стороны гробницы длинной пыльной струёй белая крошка полетела сюда! Прямо на дорожку из углей! И ведь докинуло же растение долбаное. Вижу, как старательно машет уцелевшей лозой. Взбугрилось, собралось отовсюду, набычилось.

Вот дрянь, следовало бы догадаться, кто им мостики делал. Обозлённое растение, видимо, со всей дури стало кидать, лишь бы перешли и нас сожрали.