В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

На руках тощих браслеты золотые, на ногах тоже по две пары колец. В целом, барышня, как барышня, если бы не золотые ногти веером, длиною в пол руки. Там ещё что — то с ресницами, но лицо тяжело рассмотреть с расстояния, золотой отсвет слепит.

Для пущего эффекта, аль по привычке обосновалась Высшая прямо на панцире здоровенного зелёного краба! Морул, которого я прибил в Дуаде, раза в полтора мельче. Уууу, морда страшнющая, рот со сложенными резаками, прям комбайн, перемелет, не подавится. Стоит неподвижно, как статуя, покрытая зелёным перламутром, держит смирно трон угольно чёрный.

Пока шагаю голый по скрипучей крошке, как по снегу осеннему, Сехмет рассматривает меня с высоты второго этажа.

На тронном постаменте — сцене, где она меня встречает верхом на гигантском крабе, стоят по флангам ещё по три шикарные суккубки и два мощных, явно не рядовых суккуба. Женщины в цепочках тоненьких золотых на голое тело, а мужчины в декоративного вида кольчугах тоже голышом.

Около монстра стоят, и их совсем не смущает, что каменного вида клешни лежат на мраморе очень близко, и даже рогами своими самый высокий суккуб до верха их не дотягивает.

На меня суккубы уставились, как коты вздыбленные, не шевелятся. А Морул свои глаза — «баночки» выставил торчком, тоже глядит неотрывно.

Ух ты, первое знакомое лицо. Среди трёх красавиц узнаю амориску Дею и почему — то даже не удивляюсь.

Вели нас они с самого начала. Предполагаю, что во всех граничных сёлах были приспешницы, как эта. Именно приспешницы, а не вампирши, ибо при свете дня эта спокойно ходила.

По бокам от банды чёрный занавес, который переходит и на колонны вдоль стен, закрывая их и зону метров по десять длинной.

Когда дошёл почти до начала занавеса, почуял, что за ним кто — то есть, судя по сопениям. Но не подал вида.

А ещё не удивился, что магия блокирована. В общем, полагаться можно только на нано — броню, о которой, вероятно, Высшая не знает.

Морул скрипнул суставами угрожающе, и я остановился, сделав лишь шаг от начала занавеса.

Сехмет ногтями перебрала, будто веер закрыла, и голову на бок склонила, рассматривая меня.

Если бы не прямые ресницы из золота сантиметра под три полусолнышком, которые смотрятся нелепо, вполне нормальная баба. Бледноватая правда, не накрашенная, и глаза у неё слишком уж обжигающие, странные.