В теле пацана (книга 7)

Замечаю, что не все улыбаются, одна зеленоглазая предпоследняя в строю крошка плачет, еле сдерживается, чтоб не разрыдаться. Бёдра хорошие, грудь троечка торчком, сама миниатюрная, только на руках и носи, живи да радуйся.

— Что стряслось, малышка? — Интересуюсь, подходя к ней.

Асу подскакивает сзади с ловкостью кошки и затыкает ей рот.

— Уймись или умрёшь самой мучительной смертью, дочь предателя, — прошептала старшая ей на ухо злобно.

Та закивала нервно, проморгала слёзы.

— Она новенькая, — ответила мне мягко, давая омерзительный контраст.

— Всех оставляй, — говорю ей повелительно и чувствую волну разочарования по всему строю. Вероятно, кто–то всё–таки надеялся сегодня выжить.

Асу в лёгком шоке и некоторой растерянности.

— Как пожелаете, владыка, — отвечает с поклоном, чуть помедлив. — Если что–то потребуется, я буду рядом, просто позовите меня.

Вижу на входе ещё толпу служанок в жёлтом, готовую мне угодить.

— Всё, оставьте нас, — выгоняю их. — Сами разберёмся…

Перед уходом Омбер обещал мне, что завтра проведёт экскурсию по Монолиту и обязательно покажет голову Титана.

Обещал в долину увлекательное путешествие устроить. Очень интриговал, хотя меня хрен чем удивишь.

Хотелось бы поскорее уже понять, что им от меня нужно.

А ещё узнать, что там с Айлин. Полдня без неё, и уже не по себе. Предчувствие дурное. Потому что любые упоминания о ней Омбер воспринимает как–то не так. Будто не хочет меня расстраивать.

Служанки ретируются, рабыни остаются стоять в стройном строю. Выхожу перед ними.

Всё ещё улыбаются, уже так безмятежно. Жаль девок, честно.

Понимаю, что продлю их жизнь ненадолго, оставив при себе, пока я тут. Потом их всё равно отдадут какому–нибудь сенатору на развлечение.

Но не могу оставить их в неведении. Пусть расслабятся хотя бы на время, со мной. Поэтому объявляю всем:

— Волосы у меня, как у вас. Белые, без цвета благородного. Однако, я всё–таки владыка. Не этого мира, другого. Мне кажется, даже более прекрасного, чем этот. Наверное, мир и делает нас злыми или добрыми, несчастными или счастливыми.

Так думают слабые. А сильным плевать, какой мир вокруг. Не знаю, зачем говорю вам это, самки либру. Просто… не спешите умирать. Всегда успеете. Со своей стороны обещаю вас не лишать рассудка тем самым способом. Места много, располагайтесь, где хотите.

Высказался и пошёл на лоджию, не желая вылавливать их неоднозначную реакцию.

Не знаю, как так получается, что я сочувствую всем подряд. И желаю всех спасти.