В теле пацана (книга 7)

А теперь её распахнули всем на обозрение.

Ближайшие кошаки, которым всё это видно в деталях, воют в голос. Мужики взрослые, а половина уже красные, как переспелые помидоры. Да, воины, вы увидели распахнутые щели одной из жён короля.

Праздник всё–таки. Смотрите, не жалко. Я этих фелисок себе в жёны не просил.

— Сдаёшься⁈ — Кричит Гайрана, продолжая проветривать промежность соперницы.

— Не дождёшься! — Кричит та и пробует, наконец, сомкнуться. Напрягает булки, сжимая их и лишая отличного вида.

— Сама напросилась, — прошипела златовласка хищно.

И как давай по напрягающимся булкам кулаками дубасить. Закричала грузно сисястая, принимая удары. Задница быстро размякла и посинела местами. Получив нужный эффект, Гайрана снова развела уже покорной сопернице ягодицы. Теперь чуть пониже! Что дольки малость раскрылись–таки с едва слышным мне хлюпаньем.

— Посмотрим, что на это скажешь, — произнесла Гайрана злорадно, перевела ладонь по булке, дотягиваясь пальцем до масленого чуть набухшего сфинктера, и без всяких промедлений ввела средний палец ей в анус! Под удивлённый горловой вой Жосси он по самую костяшку вошёл.

Зладовласка и сама порозовела от смущения, вероятно, опомнившись, что переборщила со своим отмщением.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — Запоздало завопила сисястая, пытаясь извиваться. — Ой! Ой! Уууу!

Завыла, когда почувствовала, что та вынимает обратно. И, вероятно, поняла, что очень глубоко вошло, раз так долго выходит.

Поверженная осталась лежать, прижав хвостик меж булок, куда и руку свою завернула, прикрывая срам.

— Победительница Гайрана! — Объявил я, явив халат, и накинул на могучие плечи жены.

Вторая в тихой истерике прямо голая и намасленная уползла и скрылась в толпе. Забеспокоившись за жёнушку, подозвал матёрого воина, вручил ему второй халат со словами:

— Проследи, чтоб Жосси не покончила собой и хвост себе не отгрызла.

— Да, Крис, — ответил со всей серьёзностью.

— Это… скажи, чтоб готовилась к ночи со мной и ждала во дворце, — шепнул.

Наверное, такая мотивация не даст ей отчаяться. Кошак, кивнул понимающе, умчал за расстроенной кошечкой, к которой у меня явно проснулось желание после такого.

Гайрана же гордо пошагала в сторонку, усевшись рядом с моим троном. С оскалом на меня посмотрела.