Вдова на выданье (СИ)

И могу с уверенностью сказать, что это весьма достойный молодой человек. Знаю, знаю, что пока у тебя траур, ты не можешь официально принимать его ухаживания, но пусть он хотя бы приедет в Бортмунд, тогда он будет иметь возможность видеть тебя, и даже посетить твоё поместье – соответствующий документ я ему выдал, мол, тревожусь за подопечную и прошу приехать к ней, да помочь всемерно…

Вот так! Нынче я вдова на выданье! Я пробежала глазами по строчкам… так, что там дальше? Примерно две страницы убористого текста, в котором сообщается о высоких моральных качествах господина Уорнера (при этим Николас особо педалировал на то, что «женишок» к азартным играм до ужаса равнодушен, да и в подозрительной компании не замечен).

А остальное, мол, читай между строк! Далее шло слезливое напутствие и убедительная просьба не прощёлкать своё счастье, дуя на воду.

«Заставлять я тебя права не имею, но очень рекомендую…», на мой взгляд, именно это и означает.

И в конце та самая фраза, что ввела меня в столь явное душевное волнение: «Дорогая Кати, жди жениха в гости, я полагаю, что он может приехать в Бортмунд совсем скоро! Всегда любящий тебя, твой поверенный в делах, Николас Брун».

"

"Я перечитала письмо ещё раз для того, чтобы исключить моменты недопонимания, и уяснила для себя одну простую вещь – заставить меня выйти замуж, конечно же, никто не может, но я ведь такая нежная фиалка, что мне просто невмочно быть одной. Это понимает и мой поверенный. И некая «весьма уважаемая семья Гринделл из Девена». Отсюда спрашивается вопрос: насколько цели тех самых Гринделл совпадают с моими личными представлениями о собственном счастье? Невольно в моём воображении промелькнул образ высокого сильного мужчины и маленькой девочки со светлыми кудряшками, которую тот держал на руках.

Так, стоп! Такие мечты меня могут завести не туда, ведь у меня в приоритете сейчас совсем иное – от меня зависит жизнь многих людей, да и существование поместья в целом. В конце-то концов, я дочь Бориса Климова, а не босяка какого-нибудь! И я подумаю об этом завтра!

Уже засыпая, где-то в глубине моего сознания, промелькнула мысль, что ехать в город всё таки придётся.

Как говориться, тушкой или чучелом, но лететь надо!

Следующее утро застало меня за глубочайшими раздумьями – поскольку лицом я до чрезвычайности напоминала даму без определённого места жительства, но с конкретными жизненными устоями. Тяжкий вздох вырвался из моей груди – что же, с этим бороться бессмысленно, зато придётся как-то жить.