Вечная Война 2

Тогда я захотел узнать, насколько тебя хватит. И ты чуть было меня не испугал, я думал, что ты всегда будешь меня доставать. Иногда я даже видел искорку азарта в твоих глазах. Тебе нравится получать побои?

На этом моменте я впал в ступор. То есть, вся эта ересь о гениальном преподавателе и годовом обучении за один день… Это что… я все себе сам придумал? В шоке я настолько широко отрыл рот, что туда можно было бы засунуть лампочку. Через несколько секунд меня охватила ярость!

— Какого фига! Почему ты такой злой? Что я тебе сделал? — буквально проорал я.

Злили меня не порезы по всему телу, а собственная тупость.

— Какого фига? — ухмыльнулся мускулистый азиат, медленно вставая со стула. Я невольно отступил, напрягая остатки сил для поднятия меча. — Кто тут у нас был дерзким с самого начала?

— Но ведь это не повод так издеваться над людьми! — несмотря на страх, перепалку останавливать я не намеревался.

— Тогда скажи мне, что у тебя в руках? — мужик уже начинал закипать.

— Меч! — твердо ответил я.

— А у меня? — сказал он, поднимая свой клинок.

— Сабля, — ответил я и нахмурился. Чего он от меня хочет?

— Что было написано в объявлении, каким навыкам я обучаю? — здоровяк продолжил допрос.

— Эээ, владению саблей?

— Тогда зачем ты ко мне приперся? — задал детина очевидный для него вопрос.

— А разве есть разница? — на автомате ответил я, с ужасом понимая, что очередной раз облек себя на проблемы.

Учитель сабли, но не меча, мгновенно вскипел, аура его расширилась таким образом, что заняла весь дворик, на котором мы занимались, меня чуть физически не сдуло ее потоком.

Он и так был большим, но стал казаться еще больше, мышцы его бугрились, а на лбу появилась синяя вена.

— Именно такие тупые идиоты, как ты, которые ни капли не понимают в наследии боевых искусств, меня раздражают больше всего! Тебе уже больше двадцати лет, но ты ни разу не брался за оружие. Тебе вообще бессмысленно было приходить учиться ко мне. На моей родной земле воины учатся держать меч, начиная с десяти лет. В пятнадцать лет мужчина уже считается старым для того, чтобы начинать занятия с мастером.

Учи тебя или не учи, смысла нет совершенно никакого. Хороший воин является одним целым со своим оружием, что достигается только десятилетиями тренировок. Меч — прямой и обоюдоострый. Меч рубит, режет и колет в немыслимом количестве вариаций. Меч не ищет оправданий и прорубается через строй врагов, повреждая себя. Как здесь любят говорить — победить тысячу врагов, потеряв восемьсот соратников.