А у игроков сейчас даже осадных лестниц нет.
Но и обычную деревню Су смог с легкостью защитить. В моих деревнях население уже превысило три сотни и почти каждый из них, включая подростков, имел хотя бы первый уровень стрельбы из лука. А профессиональных солдат у меня была уже целая сотня. А бойцы старейшины Фу по уровню даже превосходили моих. Глава деревни — самый богатый человек в ней.
В общем, я почти без потерь одержал победу на двух фронтах. Установив еще одну деревню в десяти километрах от моей, недолго думая, отправился в ту самую отдаленную деревню, которая так и осталась на границе другого региона.
Оказавшись на месте, я обомлел, увидев десяток голодранцев разного возраста и пола, которые ютились возле стелы, сделав себе шалаши из веток и листьев. Тут я понял, что напрочь забыл о них. У них не было свитка связи, а также среди них не было главы деревни, чтобы связаться со мной. Места вокруг опасные, почти две недели они выживали на территории полной диких хищников, опасных насекомых и ядовитых растений.
Но на удивление, они выжили, потеряв всего пару человек. Когда они пришли поприветствовать меня, в их глазах читались сложные эмоции. Несмотря на то, что лояльность их была гарантирована, они были обычными людьми. Что ж, их правитель оказался ни на что не годным идиотом. А еще смеялся над разгильдяем Сюй Фенем.
Я потратил весь накопленный дух, чтобы воскресить двух призывателей, которые раньше были жителями деревни старого Фу, а также двух погибших жителей этой деревни. Затем недолго думая дал деревне новое название «Элизий» и назначил одного из призывателей новым старостой деревни, отдав ему свиток дальней связи.
Забрать жителей в свой главный регион я не смогу, осталось только обеспечить для них достойную жизнь здесь. В стеле купил для них военные профессии, дал эроса для прокачки уровней, раздал оружие. Призывателей тоже качнул, как и их бойцов. Схему я планировал провернуть такую же, как и в регионе Великого Города. После обратной телепортации, стела останется у старейшины.
Я обратил стелу в пирамидку и отдал старосте — мужчине лет сорока-пятидесяти, простой крестьянской наружности, но с цепкими глазами и твердой походкой, которые выдавали в нем бывалого вояку. Раньше он был руководителем одной из команд стражей бывшей деревни Фу. Затем мы где-то полчаса выбирались с территории границы, раскидав по пути нескольких диких зверей. Бойцов вызывать я не стал, мои спутницы и так справились. Выжившие также были не промах, мы никого не потеряли.
