— Что там с Сознаниями Алекса и Эльфиек?
— Всё чика-пука, бос!
— В смысле они у нас?
— Та бос!
— А погибшие на планете?
— Нет бос!
— Что «нет»?!
— Их там нет!
— Блядь! Бингус!
— Я Бинга!
— Верни зеленых, мразь!
— Мы так не договаривались!
— Так и твоего безьяйчика возвращать мы тоже не договаривались! Верни всех погибших, сволочь!
— Ладно…
— Мудвин!
— Я!!!
— Головка от… кия! Посмотри еще раз! И внимательно! Орки, гоблины, берки! Всех вернули!
— Та! И дажи Бульбуляторов!
— Да ладно! А что? Так можно было? — я ошеломленно уставился на главного Чгука.
Тот невозмутимо пожал плечами.
— Хм… Интересные дела! А если внедрить сознание бульбича в, скажем…. не… фигня какая-то!
Я снова посмотрел на лысого гада и мне в голову пришла идея.
— На два слова! — я панибратски взял кота под руку и оттащил в сторону. Тот зашипел, но не сопротивлялся.
Когда мы отошли ото всех подальше, я у него тихо поинтересовался.
— Слышь, вселенское зло! Может вы обратно уже улетите? И никто не пострадает?
— Ты забываешься, червяк! — скривился кот.
— Ой, не расчесывайте мине нервы! — в свою очередь скривился я. — Тебе лично какой профит от всей это движухи?
— Хмм… ты выражаешься как-то странно и непонятно… червяк!
— Зачем лично тебе уничтожать человечество?
— Такова воля Первых!
— То есть Первые именно так и сказали? Прилететь и уничтожить всё человечество?
Чгук смутился.
— Технически, Первые не могут разговаривать. Они ушли!
— Таааак! — я обвиняющее ткнул в него пальцем. — То есть это твоя личная самодеятельность? Пытаешься устроить геноцид под прикрытием имени хозяев?
— Ты не понимаешь, червяк! Всё гораздо сложнее!
— Ну так объясни мне! Я умный! Я пойму!
Лысый кот задумался и я, на минуту, решил, что у этой реальности есть шанс на мирную жизнь, но нет… Кот тряхнул головой, приняв решение.
— Это наш последний разговор, червяк. У вас есть сутки, чтобы покинуть систему. В противном случае мы уничтожим вас окончательно.
— Да ладно тебе! — сделал еще одну попытку я, широко улыбнувшись. — Хорошо же сидели!
Но момент был упущен. Кот развернулся и направился к своим.
— Я тебе коробку подарю! Картонную! — сделал я совсем последнюю попытку. Но мои слова ушли в пустоту.
