"
"Непонимание, удивление, досада… Я старалась, готовилась, столько сделала ради этой несчастной чешуйки, и все пошло воробью под хвост, в буквальном смысле. Несправедливо. Обида захлестнула меня с головой, так, что жарко стало. А потом, когда первые эмоции схлынули, пришли совсем другие чувства.
Да, птиц вздорный, наглый, вороватый, но он не мог так поступить, почему-то я была в этом абсолютно убеждена. А еще в том, что никуда он не улетал — сидит где-то здесь, в комнате, тщательно сливаясь с интерьером, и изображает из себя предмет мебели или лабораторное оборудование.
В груди, глубоко-глубоко, возле сердца, как будто невидимый поисковый амулет внезапно появился, не давая мне окончательно потерять пернатого. Странное ощущение, необычное, но я не стала гадать, сомневаться, тратить время на размышления — просто доверилась и позволила ему вести себя.
Медленно обошла помещение по кругу, словно играла в детскую игру «горячо-холодно», и остановилась у шкафа с редкими травами в самом дальнем углу лаборатории.
— Выходи.
Ни малейшего шевеления.
— Я знаю, ты здесь.
Та же реакция.
Вдохнула поглубже и отчеканила, вкладывая в одно-единственное слово всю внутреннюю силу и уверенность, на какие только оказалась способна:
— Покажись!
Воздух над ближайшей полкой колыхнулся, заструился маревом, как в жаркий летний полдень, сгустился, и я увидела птица. Мой самозваный постоялец был занят очень важным делом — сосредоточенно втискивал чешуйку между двумя высокими металлическими коробками.
Заметив, что его обнаружили, пернатый панически пискнул и еще отчаяннее заработал клювом, даже лапами попытался себе помочь. Но коробки стояли очень близко, и артефакт сопротивлялся, никак не желая скрываться в недрах шкафа.
Время шло. Я смотрела. Птах трудился.
Секунда…
Другая…
Наконец, пернатый осознал, что его замысел с треском провалился, прекратил бесполезные попытки, встопорщил перья, развернулся с самым что ни на есть недовольным видом и расправил крылья, прикрывая ценную добычу.
Всем своим видом показывая, что до чешуйки мы доберемся только через его отчаянно обороняющееся тело.
— Так-так… И что тут у нас? — с любопытством осведомился Хобб, останавливаясь за моей спиной.
— Неудавшийся вор и мой недоукраденный подарок, — представила я, делая акцент на слове «мой».
Воробей в ответ что-то сердито и очень эмоционально прочирикал. Судя по всему, решительно возражал и вообще был категорически не согласен. Со всеми определениями сразу.
