Фух… Хвала Двуединому, меня пока ни в чем не обвиняют… разве что подозревают. Но это не так страшно — выкрутимся.
— Что же вам тогда от нее нужно?
— Собираюсь задать несколько вопросов и предложить работу.
— Не думаю, что она согласится.
— А вот это уже не вам решать. — Тон Фарна ощутимо похолодел. В нем проступили сурово-властные нотки. — Передайте Анне, что я хотел бы с ней встретиться. Это важно. В противном случае мне придется искать ее… более настойчиво, используя все доступные способы. Надеюсь, вы услышали меня.
И поняли.
— Не сомневайтесь, эйрэ, — сухо подтвердил Хобб.
— Тогда не стану вам больше мешать, время, действительно, позднее. И, мастер, возвращаясь к нашему предыдущему разговору… Не пора ли вам вернуться в столицу?
— Это приказ? — отчужденности в словах Хобба заметно прибавилось.
— Нет, всего лишь пожелание. По крайней мере, пока… Спокойной ночи.
Скрип отодвигаемого стула. Уверенные, стремительно отдаляющиеся шаги.
Уходит. Наконец-то.
Но только я собралась успокоенно выдохнуть, как шаги вдруг стихли, а потом начали так же быстро приближаться.
Секунда…
Другая…
И Фарн остановился точно напротив моего убежища.
— А что у вас за этой дверью, мэтр?
— Подсобное помещение.
Как Хоббу удавалось оставаться таким спокойным? Лично я от распирающего изнутри напряжения готова была уже взорваться, разлетевшись на тысячу крохотных «Ань».
— Позволите взглянуть?
— Простите, эйрэ… Боюсь, это невозможно. Там хранятся особо опасные ингредиенты, так что на ночь я всегда вешаю заклинание стазиса.
На всякий случай. Снять его до рассвета нельзя, открыть комнату тоже.
— Вот как?
Молчание.
Фарн не двигался, медлил, словно чувствовал, что я здесь, совсем рядом — стою, превратившись в камень, и отчаянно пытаюсь слиться со стенкой. А сердце грохочет так громко, что слышно, кажется, не только в лаборатории, но и в Блодже. И ведь не убежишь, не спрячешься — коридор прямой, как стрела, все на виду.
— Нельзя открыть, говорите? — задумчиво протянул наследник.
— Что ж, полагаю, можно обойтись и без этого. Посмотреть другим… способом.
Дальше все случилось почти молниеносно, буквально в считанные секунды — я даже толком понять ничего не успела.
В кармане завозился птиц, высунулся наружу, встревоженно озираясь. Одновременно с этим, дверь, отделяющая лабораторию от потайного хода, засеребрилась, покрывшись инеем, как густой, мохнатой паутиной, затуманилась, и в коридор величественно выплыл уже знакомый мне дракон.
