Вернуть жену (СИ)

Но вы должны понимать, что не все мужчины к подобному готовы, и если вы не обговаривали заранее этот момент… Лучше не настаивать

- Может, он согласится…. Спросите его. Вдруг… 

Мне оказывается даже не приходит в голову, что Казаев может отказаться. Пока ехали в клинику я держалась на упрямстве и его спокойствии. Смотрела на то, как четко действует бывший муж, и старалась равняться на него. То, как он сразу начал действовать и пытался меня успокоить, внушало надежду. Наверное, именно поэтому сейчас я неосознанно тянусь к нему, надеюсь, что и тут он не откажется, побудет рядом.

- Спрошу. А пока вас подготовят.

Он уходит, зато в палате появляются медсестры. Я уже смутно понимаю, что и зачем делают, но в итоге меня перевозят в другое помещение. Живот по-прежнему тянет, и у меня усиливаются схватки. 

Врача почему-то нет, и я уже всерьез опасаюсь, что он не успеет вернутся, как в дверях появляется Андрей Михайлович, а рядом - Казаев. 

Мы встречаемся взглядами, и странное дело, меня отпускает животный ужас, который мешает полноценно дышать.

- Так, что тут у нас уже? - бодро спрашивает акушер, и одна из девушек начинает перечислять показания сердцебиения малыша и не только. 

Казаев подходит ближе, встает рядом в изголовье и молча берет меня за руку. 

А я без зазрения совести пользуюсь этим, чтобы черпать его уверенность и спокойствие.

Верить, что все будет хорошо. Что мы справимся. Что наш сын не сдастся и выстоит в этом первом бою. 

- Я рядом, - слышу едва различимый шепот. Всего два слова, но они значат бесконечно много сейчас.

Андрей Михайлович присаживается рядом, осматривает и хмурится. Сердце пропускает удар. Неужели…

- Что? - сдавленно спрашиваю.

- Кажется, наши планы меняются… - сдавленно охаю, выдыхаю от очередной схватки и изо всех сил сжимаю ладонь Амирана.

Боже, дай мне сил. Пожалуйста…

Минуты растягивается в резиновое нечто. Кажется, с того момента как забрали Асю проходит целая вечность. На деле же - не больше часа.

Я понятия не имею, как там обстоят дела. Андрей Михайлович - врач, которого порекомендовал Рустам, заверил, что сделает все, что надо. 

Собственное бессилие вымораживает. Я бешусь, что ничего не могу проконтролировать. Что я здесь, а она - там. Одна. Хоть и под присмотром врачей.