— Не нужно руками работать, вода всё сделает за нас.
Мы стояли и любовались работой нашего детища. Вентилятор крутился ровно, без рывков, создавая мощный поток воздуха. Мальчишки, которые тоже пришли посмотреть, от мала до велика, с восторгом разглядывали необычный механизм, задавая бесконечные вопросы.
— А как оно крутится?
— А почему ветер идёт?
— А можно такое же дома сделать?
Я терпеливо объяснял, показывал, демонстрировал. Видя искренний интерес в глазах детей, я испытывал особое удовлетворение — значит, не зря всё это затеял, будет кому передать знания.
После обеда, который мы устроили прямо на берегу Быстрянки, расстелив холстину в тени, я предложил:
— Давайте до вечера так и оставим, пусть печь сохнет. Завтра уже можно будет полноценно работать.
— А не сломается? — с беспокойством спросил Илья.
— Не должно, — ответил я, оглядывая конструкцию. — Но на всякий случай оставим кого-нибудь присматривать. Если что не так — сразу останавливайте колесо.
Утром сегодня выспался на славу. Проснулся от далекого мерного стука топоров, доносившегося через открытое окно.
Солнечные лучи уже пробивались сквозь ставни, расчерчивая пол золотистыми полосами. Машка лежала на плече, её тёплое дыхание щекотало мне шею. Бусинка, наша кошечка, прижалась сбоку и тихонько мурлыкала, словно маленький жернов крутился.
Я потянулся, стараясь не потревожить Машку, но она тут же открыла глаза.
— Проснулся? — спросила она, приподнимаясь на локте.
Я обнял её покрепче, притягивая к себе.
— Да, солнце.
"
"Бусинка недовольно мяукнула, когда мы потревожили её уютное гнездышко, и перебралась в ноги, свернувшись клубочком.
— Так бы и лежал с тобой, — вздохнул я, перебирая Машкины волосы, — да дела не ждут.
Она понимающе кивнула и села на кровати, поправляя рубашку:
— Ну, пошли тогда завтракать. День-то уже давно начался.
Мы встали. Я натянул штаны и рубаху, а Машка быстро заплела косу и набросила сарафан. Вышел на улицу, во двор, где утренняя прохлада ещё не уступила место дневному зною.
Машка вынесла кувшин с водой и полила мне на руки. Я с удовольствием умылся, чувствуя, как последние остатки сна смываются прохладной водой.
— Во дворе будешь завтракать или дома накрыть? — спросила Машка, вытирая руки.
Я огляделся. Небо было чистым, утреннее солнце ещё не набрало полную силу, и во дворе было приятно и свежо.
— А давай тут, пока не жарко.
Машка метнулась в дом и за пару ходок принесла завтрак: миску с кашей, хлеб, яйца, кувшин с молоком.
