Слишком слабо — реакция не пойдет.
Развел небольшой огонь и поставил колбу на железную подставку. Пламя должно было едва касаться дна.
— Митяй, следи за водой в ванночке, — приказал я. — Как только нагреется — сразу меняй на холодную.
Первые пары показались минут через десять. Они были почти невидимыми, но я знал — эфир начинает образовываться. Пары поднимались по горлышку колбы, попадали в змеевик, где охлаждались холодной водой, и начинали конденсироваться в жидкость.
— Смотри, — шепнул я Ричарду, указывая на стеклянную бутылочку под змеевиком.
— Видишь? Капли начинают появляться.
И действительно, первые капли прозрачной жидкости медленно стекали по трубке и падали в приемную емкость. Каждая капля была на вес золота — это был эфир, хотя и неочищенный, с примесями.
— А почему он такой мутный? — спросил он, вглядываясь в бутылочку.
— Примеси, — объяснил я. — Альдегиды, остатки кислоты, другие вещества.
Процесс шел медленно. За час набралось едва на донышко бутылочки. Но я не торопился — спешка в таком деле могла стоить жизни.
— Барин, а что будет, если это вдохнуть? — спросил Митяй, когда в бутылочке набралось уже с палец жидкости.
— Сначала головокружение, — ответил я, не отрываясь от наблюдения за процессом. — Потом человек теряет сознание. А если много — может и не проснуться. Потому и маска нужна — чтобы дозировать точно.
Вскоре огонь под колбой начал затухать. Я подкинул еще несколько щепок, но осторожно — температура не должна была резко подскочить.
— Митяй, открой окно пошире, — попросил я.
— Пары накопились, нужно проветрить.
Свежий воздух ворвался в помещение, и сразу стало легче дышать.
Еще через час в бутылочке было уже достаточно эфира. Жидкость оставалась мутноватой, но запах становился более знакомым — тот самый сладковато-резкий аромат, который я помнил по описаниям.
— Думаю, хватит, — решил я, гася огонь под колбой. — Этого будет достаточно.
Митяй облегченно вздохнул.
— А теперь самая опасная часть, — предупредил я. — Нужно остудить колбу и слить остатки. Но осторожно — там кислота.
Мы поставили в большой таз с холодной водой всю колбу целиком. Пар от неё поднимался густыми клубами.
— Видишь, какая была температура? — показал я на запотевшие стенки. — Еще чуть-чуть, и все могло взорваться.
Когда колба остыла, я осторожно слил остатки смеси в отдельную емкость. Жидкость была темной, почти черной — кислота вступила в реакцию не только со спиртом, но и с примесями.
— Это нужно закопать подальше от дома, — сказал я Митяю.
