Восход. Солнцев. Книга I

Раз у меня есть силы забить пацана, значит, хватит и на то, чтобы таскать магическую руду. Так я стал работать с остальными. Хоть сил мне не хватало, я продолжал переносить тяжелые необработанные магические кристаллы.

После работы я не мог поднять руки, пальцы не слушались. Это все привело к тому, что меня снова образовались проблемы с пайком. Раз я маленький, много не нужно, тогда начали забирать уже взрослые. Сил драться не было, поэтому снова голод. Но это меня не остановило.

Я по-прежнему лазил в пещеры, где продолжал тренировать голос, чтобы не забыть как говорить.

На рудниках рабы общались жестами и мимикой. По лицу можно было понять все, что хочет сказать человек. Дети, те, кто выживал, когда вырастали, забывали, как говорить, и умели только мычать.

Почти все свое детство я провел в одиночестве и полумраке. Друзей, приятелей и тех, кто тебе поможет, на рудниках нет и не было.

Наших хозяев не интересовало, сколько людей на самом деле работает. Поэтому, если кто-то подыхал — еды становилось больше, как и работы. Если мы не выдавали норму, к нам спускались и избивали. А потом паек уменьшился. Пару раз вспыхивали случаи каннибализма, но с любителями человечины быстро покончили.

Чтобы у нас не было проблем и еда поступала без перебоя, все следили за всеми, работали. Если нет, то тебя ждала смерть, и всем плевать, сломал ты руку или ногу, или заболел.

Так и работали. Те, кто не справлялся — получали единственный выбор в жизни: или их убьют, или сами кончают с собой. Мы уважали тех, кто выбирал второе. Хотя бы свою жизнь можешь оборвать сам… как человек, а не раб или животное. Трупы мы скидывали в пещеру. Тогда мне было страшно представить, сколько там собралось костей за все время.

Раз в два года к нам спускались проверить, сколько нас осталось, и, если меньше половины, то присылали новеньких. Главное, выполнение нормы магических кристаллов. Именно тогда я понял, что все тут спустя время становятся животными.

Чтобы не останавливаться на достигнутом, к умению драться руками добавил камни. Приноровился их далеко и метко кидать. Благодаря этому навыку я убил несколько взрослых, которые больше всего меня обдирали.