— Лейтенант Березин, я жду отчет. Через час! И не дай бог мне что-то в нем не понравится. Ты меня услышал? Степан Федорович?
— Так точно! — столь же мягким голосом произнес Береза.
Твердохлебов сжал кулаки и направился ко мне. Проходя мимо, толкнул плечом, чем позвал с собой. Мы вышли из кабинета, проследовали по коридору и оказались на улице.
— Докладывай! — выдохнул лейтенант.
Пока мы шли к пункту приема, я в общих чертах обрисовал картину происходящего в городке. Ну, насколько я ее понял за день с лишним.
Поведал о том, что Береза на подкормке у аристократов, военные подчиняются им же.
Пункт приема специально душили и забросили в таком состоянии, чтобы ни у кого не возникла мысль его возрождать.
Ну, и самое приятное я оставил на потом. Мы зашли в дом, и лейтенант лично прошелся по всем помещениям, осмотрел.
— Как? — удивился он. — Тут лучше, чем у Цветковой.
— Ловкость рук и никакого мошенничества. И еще парочка разбитых морд, — улыбнулся я, смотря на своих обормотов.
Твердохлебов поднялся на второй этаж и завалился на кровать в комнате ребят.
Скинул сапоги, улегся поудобнее. Я сел на стул рядом, рассказал ему о покушении на Диму с Володей, моих ответных действиях, о том, как я за все это получил, и попытку убийства.
— За что ни возьмусь — все сыпется и гниет, — зло выплюнул лейтенант. — Вершинин оставил наследство, которое я еще долго буду разгребать.
— А почему вы приехали? Тем более так рано, — решил спросить Твердохлебова. У меня есть кое-какие предположения, но все же.
— Верку убили.
Никто не знает, как, — с облегчением сказал Самсон. — На платформе. Его уже сажали в поезд, раз, и он истек кровью. Майор Груданцев написал рапорт на меня, что это под моим командованием случилось чудовищное происшествие. Баламутит воду наверху. Но это полбеды. Сегодня по телеграфу приходит сообщение, что три трупа в Охотничьем. Зверские убийства с рачлененкой.
Самсон повернул голову и уставился на меня, я улыбнулся и сделал невинное лицо. Он цокнул и покрутил головой. Отлично гадина сдохла, туда ему и дорога.
Одной проблемой меньше. Мы замолчали. Решил перевести немного тему.
— Как там мои? — спросил я.
— Нормально все с ними. Да и день всего прошел, — махнул рукой Твердохлебов. — Боря, Трудный мне четко дал понять, что этот городок крайне важен. И пункт приема — только первая часть плана. Поэтому не вздумай тут облажаться.
— Стараюсь изо всех сил! — я встал.
— Ладно, вали! — зевнул лейтенант. — Дай поспать, а то в части совсем отдохнуть не дают.
