— Господа, попрошу меня не перебивать, а то последствия вам не понравятся, — улыбнулся я. — Мы собрались здесь, чтобы вы поняли: трущобы теперь мои.
— Молокосос, грязь под твоими ногтями и то не твоя! — снова перебил меня тот же мужик.
Ослабил силу магии на минимум. К сожалению, пока эти отбросы, которые тут занимаются всем, что я ненавижу, мне нужны. Звуковая пуля вылетела в голову мужику, и он отключился, хотя мог и помереть, но я постарался сдержаться.
— Еще раз кто-то меня перебьет — убью! Многие из вас наивно полагают, что он маг.
В этот момент три крученых пули, а следом еще три ударили в одну колонну. Ее сломало пополам, но она не упала. Стало удивительно тихо. Демонстрация силы, особенно когда непонятно, что произошло, крайне пугает.
— Если вы решили, будто мне повезло убить Сухого, то ошибаетесь. И ваш Глеб Тимофеевич, я с ним встретился и жив. Как думаете, что это значит? Пошевелите тем, что у вас атрофировалось — мозгами!
Я замолчал. Повисла пауза, кто-то выкрикнул:
— Что ты хочешь?
— А вот это правильный вопрос, — улыбнулся я почти благодарной публике.
— С сегодняшнего момента в трущобах больше никаких убийств, изнасилований и уж тем более продажи детей. Никаких разборок и выяснения отношений. Шлюх всех уберите.
Снова подождали, когда я закончу.
— На что нам жить? А? Что делать? — пронесся голос.
— Я буду вам платить за порядок. Если уж знаете, как навести хаос, делайте все наоборот. На улицах должно быть спокойно. А насчет того, на что жить… — сосредоточился на кольце, и в моей руке появились несколько тысяч.
— На это! Каждый из вас получит по пятьсот рублей в месяц за то, что послушает меня, — стало оживленно, местные главари зашевелились, увидев столько купюр. Понимаю, как им сложно не напасть и не отобрать их.
— Кто ослушается — убью, и ваше место займет другой, более вменяемый. И так пока не останется тот, кто следует моим словам. Мне плевать, я могу сейчас вас всех убить, но пока есть другие планы. Вы же можете хорошо заработать.
— Зачем тебе это? — спросил другой голос после паузы.
А они обучаемы — это хорошо.
— Вот это вас, господа, не касается. Сейчас идите на свои территории наводить порядки. Вечерком я прогуляюсь и проверю, если что не так — ждите в гости. Места приготовьте, где вас похоронить.
Только я собирался объявить окончание нашего собрания, как в зал вбежал паренек и закричал:
— Шухер, братва! Жандармы нагрянули!
— Сдал, сука, стукач! — закричали паханы и ринулись врассыпную.
