Пыль, загнанная по углам, два больших шкафа черного цвета, дверцы не закрываются от количества бумаг, запихнутых в них. Воздух спертый. За немаленьким столом, заваленным документами, сидела красноволосая дама, которая устроила рейд на наше собрание.
— Вы? — уставилась она на меня.
— Корнилов Иван Михайлович, — улыбнулся я и дал свой паспорт."
"— Слушаю вас, — вернулась за чтение документов девушка.
А у нее приятный голос, да и фигурка ничего, особенно в этом сшитом на заказ костюме черного цвета.
— Я бы хотел, чтобы вы отпустили моих клиентов, которых задержали в трущобах, — начал я мягким голосом.
— Что? — она аж подавилась. — У этих отморозков есть представитель среди аристократии?
Пожал плечами. Сильно на рожон не лез, потому что план еще до конца не сформировался. Надеялся зацепиться за слова следователя и там уже понять, что к чему.
— Боюсь, я вам не смогу помочь, — ответила девушка.
Перевел взгляд, на столе стояла табличка с ее именем. Варвара Сергеевна А. Точно, а то я забыл, первый раз ее имя просто выскочило из головы.
На разговор она не настроена. Что ж, попробую спровоцировать.
— Основания для задержания моих клиентов? — сел я без спроса на стул напротив.
— Вы смеетесь? — расширила следовательница глаза. — Бандитизм, вандализм, убийства, кражи, вымогательства — этот список можно продолжать долго. Выбирайте любое, которое вам нравится.
— Все! — заглянул ей в глаза. — Улики по каждому делу, свидетели, доказательства предоставьте, пожалуйста.
— Иван Михайлович, давайте не будем. Всем все понятно. Зачем устраивать разбирательства, если ваши «клиенты» — это опасные элементы общества?
— Видите ли, Варвара Сергеевна, проблема в том, что дел нет и никогда не было. Не буду скрывать, что те, кого я представляю, не самые хорошие люди, но без соответствующих бумаг это незаконный арест.
— Так, значит? — девичья грудь стала вздыматься от злости. — Вы хотите, чтобы мы тратили время и расследовали каждое дело, где они замешаны? Это сотни и тысячи…
— Я хочу только справедливости.
Есть документы на арест — пожалуйста, нет — отпускайте. Низшие, как вы говорите, имеют такие же права, как и любой человек в империи, они не рабы и…
— Хорошо! Хотите по-плохому, пусть будет так, — бросила девушка папку на стол. — Сдайте мне Симбу, и я отпущу их.
— Знаете, сейчас около жандармерии стоят пятьдесят человек — сторонники задержанных, и очень скоро крайне громко начнут требовать справедливости.
