— У смертника есть имя? Или дегенерата не научили представляться, когда решил бросить вызов? — посмотрел я на идиота.
— Ничтожество! — выпрямил он грудь. — Я Гаврилов Игорь Георгьевич.
— Так ты сучка Титовых, ваш род постоянно с открытым ртом стоит около хозяев, — наконец-то пришел в себя Баранов и вскочил. — Ты не только оскорбил моего знакомого, но и меня, мразь! Ты на кого пасть разинул, шавка? Да я тебя!
Степа схватил бутылку и попытался ударить по голове моего будущего оппонента. Глупость какая.
Я выставил руку, и бутылка разбилась об нее, что очень удивило всех.
— Степан Андреевич, — стряхнул я стекла с ладони. — Никогда не бежал от драки. Раз меня решили проверить такой детской провокацией, как я могу отказать зачинщику в этом? Не окажете любезность, побудете моим секундантом?
— Что? — все еще приходил в себя Баранов от спасения Гаврилова. — Конечно! О чем речь? Вот только, сопляк, следующим объявлю дуэль я! И поверь, никакие Титовы твою задницу не прикроют!
— Господа! — обратился к нам официант.
— Прошу прощения, что отвлекаю от важной беседы, но вы пугаете гостей. Не могли бы вы продолжить «общение» на улице? К сожалению, у нас запрещены драки и скандалы. Еще раз приношу извинения, — сказал молодой человек дрожащим голосом, опустив глаза.
— Ты! — попытался ударить служащего Гаврилов.
Я поймал его руку и дернул. Немного не рассчитал силу, и паренька откинуло, он влетел в столики, перевернул их и ударился всем, чем только можно.
— Ничего себе! — выдавил из себя Степа.
— Спас-с-сиб-б-бо! — заикаясь, произнес официант.
Я направился на выход, Баранов последовал за мной и смотрел на всех присутствующих с пренебрежением, шел с расправленными плечами. Официант побежал вперед и открыл нам дверь.
— Приношу свои извинения данному заведению и вам, молодой человек, — сказал я и дал ему сто рублей.
— Я тоже! Только денег у меня сейчас с собой нет, завтра пришлю! — объявил Баранов. — Совсем распустились эти Гавриловы!
Степа направился в здание рядом и притащил оттуда мужичка с журналом для дуэлей.
Тот пытался проморгаться, а Баранов ему говорил:
— Значит, так, первый участник — многоуважаемый Корнилов Иван Михайлович, я его секундант. А второй — трус, пес и… Сам у него спросишь, — аристократ встал рядом со мной, и мужичок на весу стал записывать данные дуэлянтов.
Нам пришлось подождать, пока Гаврилов выйдет и сообщит о себе и о своем секунданте.
