Сейчас бы пригодились паханы со своими людьми, против магов они мало что смогли бы сделать, но отвлечь внимание лишних… Пока думал, сосредоточился на звуковом луче. Голова работала как бешеная, я пытался реализовать новое заклинание.
Магия вместилища перемешивалась с чем-то из железы в моем теле. Меня накрыло так, будто выпил два литра самогона. В глазах плыло, но я продолжал соединять энергии, как когда напитывал магическую конструкцию Цветковой. На лбу даже проступил пот.
Мою сущность словно разрывало на части. То, что не должно быть соединено, объединялось.
Подобной силы я давно не чувствовал. Как-то подчинил себе двадцать тысяч человек голосом бога — думал, помру, а в итоге только сильнее стал.
В этом мире мое умение развивается крайне странно. Я, как был, так и есть на первом уровне, хотя должен расти. Все тело дрожало, пока пытался подчинить своей воле эту хрен пойми какую энергию. Вроде получилось, новая магия.
С названиями у меня туго, важна суть. Я пытался создать звуковой луч, но наделить его эффектами крученых пуль, чтобы они были наготове и по моему желанию направлялись к цели.
Понял, что долго не удержу, вывод напросился сам, когда у меня пошла кровь из глаз и ушей.
Пульс застучал в висках, в глазах поплыло. Это будет фиаско, если я сделаю новую мощную магию и вырублюсь перед врагом. Сука! Ударил себя по щеке, чтобы привести в чувство.
Секунды в реальности для меня растянулись в вечность. Слюна ублюдка не успела стечь с моего лица.
— Приезжий, который решил идти против рода Титовых, связался с Барановыми и еще запустил руки туда, куда не нужно.
Чего ты ждал? Что тебе просто так позволят делать свои грязные дела? — продолжил братик Игоря.
— Разрывные! — сказал я хриплым голосом. Лучшее название, что смог придумать для этой магии.
Появилось жужжание, словно рядом работал пропеллер. Ребятки стали крутить головами. Вот только поздно. Будто снаряды, разрывающиеся в воздухе, вспыхивала моя магия.
Первая пуля угодила в лоб Коли Гаврилова. Дурачок даже ничего не понял, заканчивал слово, пока не заткнулся.
В аккуратной выжженной дырке через его голову я видел улицу с другой стороны.
— Сука! — выругался я.
— Коля! — позвал другой Гаврилова, но, когда увидел, что друг больше не ответит, то просто побежал. Двое остальных тоже дали деру.
— Вашу мать! — выругался я.
Мои снаряды полетели за ними. Если я здесь устрою побоище из тринадцати аристократов, то придется бежать уже из этого города, а у меня куча планов, и просирать их я не намерен.
