— Борис Иванович, — усадил он Эльвиру в кресло, обращаясь ко мне. — Что вы сделали?
— Я? Ничего. Сидел и даже пальцем не пошевелил. Видимо, она просто припадочная. Ты бы лучше о себе думал, старый друг, — понизил я голос. — На меня в стенах дома Марковых напала какая-то дура. Что об этом скажут старейшины, глава?
А вот и первая эмоция на лице дворецкого. Страх. Я могу неплохо раздуть историю. Я военный, аристократ пусть и отлученный, на меня, безоружного, нападает баба — жена главы. И в первую очередь это удар по репутации папаши.
— Приношу вам свои извинения, — склонил голову Игорь. — Мне стоило…
Но его прервали, пожаловал еще один придурок, который решил выслужиться перед главой, а может, еще чего удумал. Кирюша… Ему что, было мало прошлого раза?
— Мразь! Что ты делаешь у нас в особняке? — крикнул он, потом перевел взгляд на Эльвиру. — Что с моей тетей?
— Устала, — улыбнулся я новому гостю. — Голова закружилась, а может, воздуха не хватило, пока рот был занят.
Пока Кирюша пытался переварить смысл сказанных мною слов, я разочаровался.
Думал, что припрется ее сыночек, на это был расчет. Братец решил запустить в мою сторону звуковое копье.
Я же просто встал и пропустил его. Лезвие разнесло диван. Дворецкий отскочил от мачехи и подпрыгнул к Кириллу.
— Господин! Хватит! Глава будет недоволен. Успокойтесь и, пожалуйста, покиньте кабинет, — попытался облагоразумить моего братца Игорь.
— Отвали! — отмахнулся от него Кирюша и посмотрел на меня. — Тебе в прошлый раз повезло.
За это время я стал «Пиковым учеником», — выпрямил он спину и с презрением посмотрел на меня.
— Эх, ты? Поздравляю. Видимо, много алхимии выпил и даже тренировался. Твоя мамаша отдельно или на пару с Эльвирой ублажала папашу, чтобы он так расщедрился на мусор?
Братец выпустил аж целую сотню звуковых пуль в меня. Я не двинулся с места, защитил свое тело барьером. Только кабинет пострадал. На дворецкого было больно смотреть, он не знал, что делать.
А я улыбался.
Эти уроды испортили жизнь мне, пытались убить здесь и в части, посылали людей, чтобы навредить. Одних пыток хватило. Папаша должен был хорошо надавить, чтобы использовать генерал-майора.
Тут в себя пришла Эльвира. Испытала небольшой шок от того, что вырубилась, но привела себя в порядок и встала.
— Пойдем, Кирилл, нам нечего делать рядом с грязью. Еще испачкаемся. Неизвестно, в каких помойках было это ничтожество, — высокомерным тоном произнесла мачеха.
