Девочка была слишком робкой, и вот ты заставил ее меняться. Ее наряд там, да и сейчас, а перед этим перевод.
— Рад, — улыбнулся я.
Какого черта происходит? То, что он меня «простил» — тут много факторов. Для начала дочь, которая скоро сможет занять его место. Встреча со старым знакомым и посиделки с ним. Славецкий говорил про Трутня, что они давно не пили вместе и тем более никуда не выбирались. Обсудили много важных вопросов. Ну, и шоу, которое закатили все. Ему так весело и интересно давно не было. Он снова даже почувствовал себя молодым.
Яслушал и не перебивал. Отлегло, ожидал больших сложностей и проблем. Когда аристократ высказался и мы допили бутылку коньяка, он наконец-то спросил:
— В чем тебе требуется помощь? — поднял мужчина глаза на меня. — Тогда наш договор, я его нарушил… Теперь можешь просить компенсации.
Это он про то, что его людей не оказалось перед «Лагуной» или когда приперся Трутень с судьей?
— Вы можете мне устроить встречу с генералом Долгоруким? — озвучил я то, зачем пришел.
— А в чем проблема? — удивился Анатолий Викторович.
— Он сейчас в городе, съездил бы к нему в особняк.
— У меня есть причины, почему я не могу сделать это публично, — ответил почти правду.
Когда мы ехали, я заметил, что за нами следили, и не просто так зашел сначала в ателье. Четыре человека стояли у окна, наблюдали за тем, что произошло, а Аркаша меня провел через задний ход по другой стороне улицы. Именно поэтому и не было вывески «Сибирской» лавки. Вот только как он понял, что я бы хотел избавиться от преследования? Или это его отец? Интересно…
— Хорошо… — выдохнул Славецкий.
— Жди меня тут. Я попробую вам организовать встречу.
— Спасибо! — улыбнулся я.
— Только…. Борис, — тихим голосом он сказал. — Не обижай Катю — мой тебе совет, а то последствия не понравятся.
Кивнул. Анатолий Викторович вышел из комнаты, и время снова начало растягиваться. Я позволил себе даже покемарить прямо на стуле. Через, не знаю, сколько времени дверь открылась, и аристократ вернулся.
— Пойдем, организовал для вас личную комнату, — тряхнул он меня за плечо.
Поднялся, и мы вышли из одного помещения, а оказались в другом. Примерно в таком тогда прятался Земанский. Внутри меня ждал не очень радостный мужчина лет пятидесяти. В дорогущем костюме, будто с какого-то вечера вернулся.
— Борис Иванович, — произнес он медленно.Взял трубку и стал набивать ее табаком.
Генерал расположился на диване и разложил свои вещи на столике рядом. Я сел напротив. Долгоруков затянулся.
