Только на меня наставили оружие, как я открыл рот:
— Старший следователь Авдеева, на мирных жителей Тобольска хотят напасть, эти военные не подчиняются императору. Их действия — бунт. Задержите! — усилил я свой голос магией звука, он разнесся по трущобам и вышел за пределы.
— Что это было? — повернулся злой судья.
— Это? — сделал я искреннее удивление. — Группа военных непонятно под чьим руководством пытается убить меня и моих людей. Эти солдаты не подчиняются императору. Сейчас они вышли к трущобам, чтобы забрать нас.
Зачем я им нужен? Почему они решились на такое? Кто за этим стоит? Все предстоит выяснить вам, уважаемый судья, я же пока тут побуду. Пусть умирают мирные жители, а жандармы спасают их. Вы можете постоять со мной, потом расскажете его величеству, как отстаивали его интересы до самого конца.
Все это я разнес по трущобам своей магией голоса. Люди выходили и обращали внимание на нас: женщины, мужчины, дети. Сотрудники ИСР переглядывались, Трутень улыбнулся. Только судья не знал, что делать.
Мужик с силой сжимал папки и молчал. Каждое его слово сейчас, запомнят и оно разнесется сначала по Тобольску, а потом и дальше по стране. Такой риск уважаемый судья, себе позволить не мог.
Послышались первые выстрелы. Я стоял молча и смотрел вперед. Наконец, мужичок с папками собрался.
— Подполковник, приказываю вам и вам, — посмотрел он на сотрудников ИСР. — Если это правда бунт или не подчиняющиеся военные — схватить их! Защитить район и вернуться для дальнейшего разбирательства.
Ни говоря ни слова, Весемир взмыл в воздух и направился к границе трущоб.
Те, кот нас задержали, побежали.
— Не переживайте, я никуда не собираюсь! — ответил судье, который посмотрел на меня и мои развязанные руки.
Сформировал себе стул из железа и сел на него, сделал то же самое для моих людей.
— Можете присесть, если не побрезгуете, — сказал я, и для судьи материализовав мебель. Манеры куда уж без них?
* * *Весемир, когда взмыл в воздух
— Вот же Боря… — хмыкнул он себе под нос.
Только что подполковник получил возможность схватить нужных людей и единолично их допросить.
Если там еще и жандармы, то кто-то выживет, кто-то умрет. Где какие люди — будет не разобрать.
И уже после разговора с теми, кто решился пойти против государя, он сам лично ему доложит о всех обстоятельствах. Хоть Роман Дмитриевич и неплохой судья, но императору нужно выдавать информацию правильно, а не скопом вываливать.
Много лишнего, за это могут зацепиться другие аристократы.
