Вырванные куски, помятости и щепотка огня — теперь наше транспортное средство выглядело соответствующе.
— Молчите и слушайте только меня! — сказал я девушкам перед тем, как мы пошли к станции. — Ни слова, что бы ни происходило. Мы не знаем, как все будет. Поэтому, если что пойдет не так, ждите моей команды. Или… Убью всех на месте!
Ответом мне послужили кивки. Наш отряд из четырех девушек двинулся. Перед глазами появился перрон и небольшой домик рядом. Мы поднялись, и я направился к строению.
Ожидаемо, что никого там не было.
Окна заколочены, и он уже давно пустует. Что ж… Придется ждать у моря погоды, других вариантов все равно нет. Время потянулось. Утро сменилось днем, а он — вечером. Никакого поезда так и не было. Стал задумываться о ночлеге, как услышал гудок.
На лицах девушек появился страх. Майорова глянула на меня и кивнула. Обычный состав, неукрепленный, приближался к станции и сбрасывал скорость. Я и капитан готовились к любым вариантам развития событий. Нам нужно сесть и доехать до южной зоны.
Наконец, поезд остановился, выпустил пар и издал еще один гудок. Дверь вагона открылась, оттуда вышли шестеро военных, на меня и остальных наставили автоматы. С этими я разберусь. Вот только повыходили из всех вагонов. Прямо сейчас на перроне стояла сотня, а может быть, и больше солдат южной зоны.
При таком раскладе у нас точно нет шансов.
— Кто? Откуда? Звание? Цель? Остальные? — задал много важных, но коротких вопросов военный.
— Я Вадим Николаевич Скрежетов, — ответил и достал документы паренька.
— Со мной моя служанка, — подмигнул солдатику, — Ирина Игоревна Дубова.
Протянул документы блондинки. Майорова опустила голову и отыгрывала роль секс-игрушки. Девушки вообще не дышали. Несколько военных обошли их и подошли к тому, с кем разговаривал я, что-то шепнули ему на ухо, и он дернул щекой.
— А эти сучки? — указал главный на девушек. — Они кто? Где их документы?
Не успел я ответить, как все дружно наставили на меня автоматы.
Глава 20
Майорова уже была готова вступить в бой, пришлось ее сдерживать.
Улыбнулся военному и вальяжно сказал:
— У них нет документов, — заметил, как пальцы солдат уже сжимают курки. — Потому что это захваченные мной рабыни. Везу их в столицу, чтобы продать.
Повисло молчание. Лейтенант, который со мной говорил, посмотрел на мою невозмутимую рожу и перевел взгляд на девушек. Те дрожали, склонили головы и глаза в пол опустили.
— Приехал на охоту, остановился на ближайшей базе, — продолжил я свой рассказ.
