Решил сразу же отправиться по адресу и лучше подождать, обойду территорию, подготовлюсь к разным ситуациям. То, что Быков так просто решил с незнакомцем сходить в баню… Я не настолько дурак. Мужик хочет пообщаться в уединенном месте.
Что меня заинтересовало — его отношение к происходящему в южной зоне, к Троцкому и то, как он все свободно озвучивает. Конечно, это может быть проверкой. Меня специально провоцируют, чтобы найти предателя или непокорного. В любом случае будет полезно пообщаться по душам.
Подошел к одноэтажному зданию.
Никакой вывески нет. Кроме того, есть большая труба, и из нее идет дым. Хм… Обошел. Два входа: центральный и еще один, с другой стороны. Людей рядом нет, никто не входил и не выходил. В голове уже созрело несколько планов отступления на случай разных ситуаций, которые могут возникнуть.
Я сидел на лавочке в парке рядом и делал вид, что читаю газету, продолжая наблюдать. В какой-то момент обнаружил интересную информацию. Написано, что его величество Троцкий склонил императора-смутьяна к миру, и это было предложение со стороны Русской империи.
Достаточно фривольно и карикатурно описали, что наш испугался, даже без боевых действий решил заключить соглашение о ненападении. Русь побоялась мощи Южной империи, потому что великий Троцкий смог подчинить монстров.
Отвлекся. К «бане» подъехала черная машина, и из нее вышел Быков. Мужик уже был в спортивных штанах и белой майке. Он ногой постучал в дверь, ему сразу же открыли — какой-то старичок на вид лет семидесяти.
Они обнялись и последовали внутрь.
Подождал минут пять, больше никого не было. Время уже подходило, поэтому направился ко входу. Не успел я оказаться рядом с дверью, как ее отворили.
— Вадик! — рыкнул Адам. — Давай заходи!
Судя по запаху и в целом, Быков уже принял на грудь. Мы прошли в комнату, где был большой диван, застеленный полотенцами, стол с закусками и напитки.
— Ща шашлычок будет, — хлопнул меня по плечу аристократ. — Ты не тушуйся, расслабимся нормально. Меня только отпускать начало от увиденного.
Чуть не придушил консьержа в гостинице, когда он спросил о моей поездке.
— Ага… — кивнул ему в ответ.
Старичок дал мне простынь и полотенце, показал на еще одну комнату, где можно переодеться. Колечко я решил не снимать, уж больно много там добра лежит. Вышел к Быкову. Мужик просто повязал простынь на нижнюю часть тела.
Грудь, руки, ноги, шея, спина — нет ни единого живого места, везде шрамы. Где-то от пасти, а где-то — от когтей.
