Теперь это документ, к которому ты, собака сутулая, не придерешься! Только я встал все вернуть на место, как в кабинет влетел паренек.
— Лейтенант! — сказал он.
Я вскочил к нему и произнес:
— Забудь!
Вытолкнул его за дверь, вернул все на место и стал ждать. Новая попытка.
— Максим Агабекович, — улыбнулся, когда жандарм пришел в себя. — Вы забрали мою собственность, вот документ, — протянул я новую версию.
Каратов внимательно изучил его, потом полез в ящик, откуда я доставал бумаги, и стал сравнивать почерк.
Его наглая рожа изменилась.
— Пойдемте, — сказал он, вставая. — Заберете свою девушку. Я прошу…"
"— Лейтенант! — снова забежал паренек. — Там девка, которую вы взяли, кусается!
Мужик глянул на меня и раздраженно — на гонца. Пока попросили подождать, когда вернут девушку, но я решил сходить вместе с жандармами. Если это про Майорову, то лучше, чтобы она как можно быстрее увидела меня. Не знаю, что там произошло.
Спустились на первый этаж, а там вышли в подвальное помещение.
По обе стороны — камеры с решетками, в них сидят полуголые женщины, мужчины и дети. И в самом конце я услышал звуки ударов.
Продвинулись вперед.
— Ну что, сучка? — удар. — Нужно было открыть милый ротик и не выпендриваться, — удар. — А ты, дура, решила, что человек?! Вот же мразь! — удар.
Когда мы подошли, застал девушку в белом нижнем белье, подвешенную за веревку в камере. И эта «клетка», судя по всему, блокирует магию.
— Не хотела ртом поганым, значит, другим местом поработаешь, — жандарм потянулся к белью девушки.
Рядом с ним стояли еще двое.
Не успел лейтенант ничего сказать, как я влетел внутрь. Удар в колено первому, потом в кадык и головой его в стену. Бегать он теперь не сможет. Второй — стрелы из металла от самой голени до яиц, с него хватит.
А теперь последний, но не по значимости, — копье в пах. Так и не понял, это кровь или он обмочился, когда его хозяйство упало ему в сапог. Тот, кто пришел доложить лейтенанту, попытался выстрелить в меня из револьвера, но стрела проткнула ему руку.
Я снял с себя китель и накинул на девушку. Майорова с побитым лицом улыбнулась. Потом переключился на жандармов, обыскал и забрал их удостоверения.
— Каратов, — поднял голову. — В столице я… Лучше этим придуркам исчезнуть, а то их ждет кара похуже, чем для людей из других зон.
— Я… — открыл рот лейтенант. — Не мой приказ. Это они…
— Мне насрать! — улыбнулся и подхватил Александру, когда обрезал веревку.
