Больше всего Трутня смутило, что около императора есть эти предатели. Уж не знаю, поверил ли он мне на слово, но, думаю, сам догадывался или предполагал.
Ситуация, которую они видели в стране, заиграла новыми и яркими красками. Трутень еще раз перечитал мои записи, потом убрал их в карман.
— Я все проверю, — сказал он.
— Даже не сомневался, — улыбнулся ему в ответ."
"А теперь настало время проверить несколько моих догадок и предположений о том, откуда частично могут расти ноги.
— Я думаю…
— Даже не пробуй, еще голова заболит, — попытался меня подколоть полковник.
— Что с этим как-то связаны Вяземский и Троцкие, — закончил я фразу.
Повисло молчание. Трутень свел брови и поднял уголок губы. Насмешливое лицо исчезло, и на его место пришла злость.
— Умный ты, сука, больно… До сих пор удивляешь, вроде сопляк сопляком, а…
— Это я в маму, и русские народные сказки помогли.
Мое предположение частично подтвердилось. Оказывается, в южной зоне проблем не меньше, чем тут. То, на что все надеялись, не сработало.
Вяземский прибыл туда, а почти все посланные сотрудники ИСР и Трутня пропали. Растворились. Связи с зоной почти нет.
Хоть генерал докладывал императору, что обстановка спокойная и стабильная, но люди, которые оттуда уехали, говорят об обратном. Армия Вяземского заняла все учреждения. Несогласные мертвы.
Троцкие чувствуют себя хозяевами еще больше, чем раньше. Но главная опасность в том, что за стену ходят не только военные. Весь род Троцких, еще и куча наемников, и эти ребята себя крайне странно ведут.
Император готовится к тому, что южная зона взбунтуется. Если сложить все, что я знаю, с тем, о чем поведал Трутень… Выходит, твари, которые играются с магами и занимаются опытами, сидят именно там. Целая, сука, зона! Это вам не шутки.
Конечно, она дальше остальных и ее можно отрезать, вот только какой урон будет нанесен империи! После этого наши добропорядочные соседи обязательно попытаются с ними заключить мир или какое-то соглашение, пойти дальше.
А если в этот момент случится масштабный прорыв?.
. Прощай, Русская империя! Все это мне рассказывал Весемир, будто пытался пробудить патриотические чувства. Не одно, так другое. Тут с задницей еще не разобрались, возникла новая и еще более большая.
Ладно. Теперь пора перейти к тому, что хотел я.
— Полковник, мне нужно, чтобы я остался здесь, мои люди под охраной, — попросил его.
— Боишься? — оскалился Трутень.
— Ага, прямо штанишки все мокрые, — улыбнулся. — У меня просто есть еще несколько дел.
