Восход. Солнцев. Книга VII (СИ)

— Я вам помогу, — клюнула она на мой крючок.

Через пять минут высокомерная сучка стояла голая передо мной и крутилась, чтобы я смог сказать о размере для бюстгальтера и трусиков. Надел свой костюм и вышел из примерочной.

Маша пыталась помочь мне одеться и раздеться, но я отверг ее попытки. Ну, и последним уроком для дамы устроил так, что она голая оказалась на улице, потому как выполнила мой приказ голоса бога."

"Когда я рассчитывался за одежду, высокомерная сучка забежала в магазин вся в слезах, прикрывая свое тело.

Тут нужно отдать должное, хороша чертовка. Да и ее формы, как у Майоровой.

Купил парочку комплектов нижнего белья, чтобы сделать подарок девушке. А Вика получила двадцать тысяч рублей чаевыми. Маша, как услышала, выскочила из подсобки в одних трусиках с выпученными глазами и смотрела на свою младшую затюканную сестру.

Рыженькая держала мой подарок за то, что не судит людей по внешнему виду, с открытым ртом.

Вышел из ателье и направился к гостинице «Сибирь». Старался не думать, что может случиться с моей новой одеждой, поэтому на всякий случай взял два костюма.

Консьерж открыл мне дверь, мои руки были заняты пакетами. Администратором оказался весьма приятный мужчина. Ночь — всего пятнадцать тысяч рублей. Когда я дал тридцать тысяч, лишние вопросы отпали сразу. Не потребовались дажк документы, хватило только фамилии с именем.

Регистрация раз в сутки, и, пока мои данные дойдут до жандармов, а те отправят в ИСР и секретную службу разведки, уже закончу с делами.

Так как рядом с администратором никого не было, мужчина с удовольствием подсказал мне, где расположился господин Бализаров.

Голос бога помог ему разгласить конфиденциальную информацию. Ну, и в завершение я стер память, чтобы его не грызла совесть и он не сделал лишних звонков.

Третий этаж, номер сто шестьдесят шесть — там братик прячется. Мой же — сто шестьдесят. Когда поднялся, заметил охрану, стоящую рядом с дверью, и еще троих людей на этаже.

Сложностей пройти мимо них не возникло. Чтобы не привлекать внимание, старался не калечить.

Один сразу открыл огонь из револьвера, когда меня заметил, но я остудил его пыл крученой и поглотил звук от выстрела.

С другими хватило моего умения. Наконец-то зашел к себе в номер, положил покупки на кровать. С грустью посмотрел на мягкое, теплое место, где с удовольствием повалялся бы сутки, а лучше несколько.

— Каин? — обратился я мысленно к своей основе.

— Господин… Вы уверены? — дрожащим голосом ответил нож.