— Давай найдем гостиницу и заселимся.
— Я не планировал долго оставаться, — пожал плечами.
— Поверь, так будет лучше, — настояла девушка. — Быстро найти людей и товар не получится, да и забрать его без крови. Это же твои люди погибли? — посмотрела она мне в глаза.
— Да! Я их отправил, только со временем беда вышла.
— Не нужно торопиться, тут живут немного по другим правилам. И действовать будем соответственно.
Мы отправились дальше. Злость, вспыхнувшую в душе, уже подавил. Прошли рынок, но не такой, как до этого.
Здесь торговали… людьми. Рабство запрещено в империи. Обязать человека работать можно, но чтобы сделать вещью…"
"Покупатели внимательно осматривали «товар». Один мужик проверял девственность у девушки, а другой щупал мышцы у парня. Судя по ставкам, которые здесь звучали, шла серьезная битва за одну из рабынь.
Остановился. Сердце выдало сильный удар, а потом его повторила железа. Схватив Катю, нырнул в толпу, расталкивал людей, пока не добрался до маленькой площадки, где раком стояла девушка.
На руках магические веревки, а на шее — рабский ошейник. Где они только его откопали?
— Молодая, красивая магиня, которая незаконно проникла в наш город. Только посмотри на ее упругие груди, они словно влитые. Да и ниже все просто замечательно. Обладает редким даром магии света. И самое уникальное — ее глаза, — тростью указывал на разные части тела Карины продавец. — Такую служанку можно использовать по-разному.
— Сто! — крикнул один из толпы.
— Сто двадцать. Будет у меня служить.
— Держи карман шире, — повторил первый.
— Я хочу ее глаза. Сто пятьдесят.
— Борис? — дернула меня Катя.
— Это мой человек, — сквозь зубы ответил ей.
— Если ты хочешь…
— Не если! — перебил девушку. — Я сейчас устрою тут такое представление…
— Купи ее, — добавила Славецкая.
Вся сущность причала, чтобы напал и перебил тварей. Вот только мое умение подсказало, что тут сотня вооруженных людей, это помимо магов и владеющих. Еще артефакты.
Устроив потасовку, спасу Карину. А остальные?.. Залез в свой артефакт.
Денег у меня всего около двух миллионов.
— Двести тысяч! — объявил я.
На меня перевели взгляды все, даже продавец.
— А вы кто, молодой человек? Ваш род? Я вас не узнаю.
— Я… — начал отвечать.
— Он со мной! — перебила Катя.
Торгаш недовольно цокнул, все посмотрели на него.
— Хорошо… Ваша ставка принята.
— Двести пятьдесят! — повысил цену другой. — Больно мне ее тело нравится, сделаю живой картиной.
Повернулся на Славецкую, та лишь опустила глаза в землю.
