Ты стал больно выгодной кандидатурой, особенно когда сам император благоволит. А еще у тебя всего одна официальная жена, так что скоро прохода не дадут.
Настроение портилось с каждым новым словом Славецкой. Старые псы! Суки! Вы чего же, твари, придумали? Какой, в жопу, майор?! Сдерживался от того, чтобы не выругаться при даме.
— Надеюсь, ты не забудешь меня и то, что было… — робко произнесла Екатерина. — Я… не прошу и не требую. Тем более не претендую. Просто…
Не заметил, как начал пыхтеть. Злость пульсировала в голове.
Трутень, по-любому это твоя идея! Да на меня словно красную тряпку повесили для всех моих врагов и заявили, что я готов к встрече.
— Борис! — отвлекла меня Катя от того, как я представлял, что выскажу Весемиру. В голове смаковал каждое крепкое словечко и фразу.
— Что? — улыбнулся.
— Ты мне нравишься. И я рада, что ты принял меня такой, какая я есть.
— Как и ты, — кивнул и направился на выход.
Нужно подышать свежим воздухом. В голове — каша, только что из моего плана сделали черт-те что.
Пара мыслей, как использовать новое положение, уже возникли, но теперь слишком многое придется менять.
Открыл дверь.
— Твою мать! — выругался я. На крыльце стояла Софья Долгорукова.
— Борис Иванович, — сухо обратилась она. — Мне приказано сопроводить вас в штаб секретной службы разведки.
Кивнул. Они издеваются? Заметил, что Софья похорошела, что-то в ней… Мне открыли дверь. Залез на заднее сиденье, аристократка села вперед. Строгая серо-зеленая юбка ниже колена, сапоги и китель. Рыжие волосы собраны в косу.
Машина тронулась, и Долгорукова не произнесла ни слова. Последняя наша встреча была… Тобольск, в ресторане, когда мои любимые люди опоили меня кто чем, а потом мы с ней занимались…
Неудобно вышло. Массировал виски. Лучше бы они так старались «помочь», когда я был в розыске и числился предателем.
— Майор Солнцев, — повернулась Софья. — Поздравляю вас с повышением.
— Благодарю! — моргнул.
— Разрешите вопрос, не связанный со службой? — еще более официально спросила Долгорукова.
Я кивнул. — С Катей… Поняла.
Начала болеть голова. Вопросы сыпались один за другим. Почему тут Долгорукова? Она тоже на службе у Трутня? Почему именно ее отправили за мной, а не ту же Майорову? Это как-то связано с той клятвой, которую я должен ее отцу?"
"На улице было достаточно темно, и я не особо смотрел в окно. Плечи девушки немного дергались. Она или смеялась, или плакала. Боюсь представить, что меня ждет в особняке, даже думать не хочу. За это время… Ребята.
