А вот это уже успех. По всем правилам, как только я потерял сознание, магия должна была развеяться. Но у меня есть железа и еще основа, которые поддержали ее. Щелкнул пальцами, и купол исчез. Поднял корпус.
— Нормально меня закинуло, — буркнул себе под нос.
Особняк, точнее, то, что от него осталось, достаточно далеко — в километре, не меньше. Так, а где девушки? Сосредоточился на ногах. Металл и звук укрепили кости и порванные мышцы с сухожилиями.
Поднялся. Идти могу, но недалеко. Запихал в карманы лечилки и восстановление магии, потопал к месту взрыва.
Каждый шаг болью отдавал в еще не зажившие ребра.
Доковылял я минут через двадцать, ко мне никто не спешил. Вблизи повреждения куда больше. Часть военных мертвы. Другие под завалами, которые сейчас расчищают. Кому-то оказывали помощь.
Сирены орали, чем вызвали только усиление головной боли. Огляделся в поисках других защитных конструкций.
— Майор Солнцев! — подскочил ко мне военный. — Мы… Вы… Думали, что мертвы. Уже доложили о возможной гибели.
— Ну, пусть я пока побуду живым трупом, — кивнул ему в ответ. — Доставайте людей и всех в больницу.
— Майор и старший лейтенант… Мы не нашли их, только огромные шары…
Повернулся и двинулся к девушкам. По дороге развеял магию, в которой они находились. Хорошо, что рядом упали. Наклонился. К нам подбежали солдаты.
— Твою мать! — достал лечилку и вылил сначала на раны Майоровой.
Ноги в другую сторону, голова разбита, рука сломана. Перевел взгляд на Долгорукову.
Этой чуть больше повезло, только одна нога и рука сломаны. А, нет… Вот в животе что-то торчит.
Десять штук — Александре и пятнадцать — Софье. Проверил пульс: живы. Упал рядом, пока вокруг нас бегали.
— Не послушались меня, — сказал вслух. — Хотя непонятно, успели бы выбежать… Был бы один…
Вместилище пустое. Функционирую на железе, которая пытается хоть как-то подлатать организм. Девушки застонали, это хороший знак.
— Опять ты? — уставился на меня Трутень с трубкой в зубах.
— Боря, ну как так получается?
Весемир перевел взгляд на Майорову и поджал губы, а потом на Долгорукову.
— Генерал будет недоволен. Очень… — озвучил он свои мысли.
Нас погрузили на носилки и потащили в грузовик. Сирена продолжала работать. Голова отказывалась соображать, я концентрировался на боли. Прямо сейчас зелье объединилось с возможностями железы.
И мне было хорошо… Особенно когда каждое ребро вставало на место. Рана на руке почти затянулась.
