— Варвары! — заявила Карина.
— Забыл у тебя спросить твое мнение, — прервал ее. — Ты не знаешь ни истории, ни культуры, ни традиций, ничего об этой стране и их жителях. То, что тебе может показаться диким, для них нормально. Вот некоторые считают, что люди не черви, чтобы жить под землей, но если не знать предыстории и особенностей… — напомнил девушке о ее мире и положении.
— Я поняла! — фыркнула Карина и подперла руками грудь.
Еще одна остановка. На этот раз к нам подошли солдаты с погонами, уставились на водителя, а потом постучали в окно.
Я открыл.
— Русса, — словно выплюнул один из них. — Я сержант Бурут Йылмаз. Идти за мной. Ваша провождать внутрь.
Если у паши нет знания русского языка или переводчика, то у меня проблемы. Таким образом мы ни о чем не договоримся.
— Простите! — склонил голову Светов. — Требовалось больше времени, чтобы взять с собой переводчика.
— Расслабься, — улыбнулся я. — Это они хотят говорить, пусть и напрягаются. Мне русского языка достаточно, ну, еще жестами могу подсказать, куда идти в случае чего.
Открыл дверь, подал руку даме. Глаза солдатиков блеснули. Карина в кофте, вся мокрая от жары, соски торчат на всю Ивановскую, так еще штаны обтягивают не задницу, а будто мячи.
Следующими вылезли Светов и Степа. Водила-то, оказывается, у нас длинный — на полторы головы выше меня. Один встал за мной, а другой впереди.
Последовали за военными. После парочки скользких взглядов девушка решила закрыть руками грудь.
Все вокруг из камня: дорожка, здания.
И очень сухо. Фонтан, появившейся слева, дал прохладу.
Пусть тут не так много земли, но умудрились посадить кусты и цветы. Аромат… Вдохнул полной грудью. Передо мной появился дворец, пусть и уменьшенная его копия, он возвышался на небольшом холме.
Фасад здания выполнен из светлого камня, огромные окна с изогнутыми верхами украшены резными деревянными рамами, покрытыми темной краской, что создавало контраст со светлыми стенами.
Над каждым окном красовалась арка, добавляющая зданию колорит.
Крыша «дворца» была многоуровневой, с множеством маленьких башенок и куполов, покрытых ярко-синей керамической плиткой, которая переливалась на солнце, как поверхность моря.
Перед входом в дом раскинулась широкая лестница, каждая ступень выложена камнем и обрамлена изящными металлическими перилами. На вершине лестницы стояли две массивные деревянные двери, украшенные сложной резьбой и вставками из цветного стекла.
