Возвращение Безумного Бога 3

Прижимая к губам платок, она с подозрением уставилась на доктора.

— Благодаря образцу 01Х мои исследования рванут далеко вперед! — продолжал он, брызжа слюной от возбуждения, — Для начала я смогу, наконец, вывести для вас, Ваша Светлость, идеальных неуязвимых бойцов с силой Монстров из Разломов! Это как минимум! А уж как максимум… их-хи-хи… охо-хо-хо… аха-хаха… о-о-о… м-м-м…

Менгелев сладострастно застонал, закатив глаза. Похоже, прямо сейчас его накрыл мощнейший научный оргазм от собственных грандиозных замыслов.

Рита на всякий случай отступила на пару шагов — а ну как брызнет ненароком своей протоплазмой, маньяк фигов?

А вот князь слушал пламенную тираду с непроницаемым лицом. Лишь подрагивающая жилка на виске выдавала его крайнюю заинтересованность. Наконец, он веско произнес:

— Что ж… Валентин Савельевич, признаться, звучит весьма многообещающе. И я, безусловно, надеюсь, что все вложенные в ваши исследования инвестиции сторицей окупятся. Все-таки вытащить вас из тюрьмы, куда вы попали после стычки с Безумовым, стоило немалых трудов даже мне.

Не разочаруйте меня.

Менгелев поежился, сжавшись под тяжелым взглядом князя. Залебезил заискивающе, нервно поправляя очочки:

— Да что вы, Ваша Светлость, как можно! Ваше высочайшее доверие для меня — наивысшая честь и главный стимул! Торжественно клянусь: все оправдаю и даже перевыполню, будьте покойны! Мои гениальные мозги не подведут! Скоро ваши глаза узрят первые ошеломительные результаты нашего сотрудничества!

И будто в подтверждение своих слов Менгелев сграбастал несчастный контейнер в костлявые объятия.

Прижал к груди с неистовым жаром — так, что оболочка жалобно хрустнула. Зажмурился в экстазе, разве что не постанывая от переизбытка чувств:

— О-о-о, моя драгоценная! Ты еще покажешь на что способна! Зайка моя безмозглая!

И Менгелев, прижавшись лицом к контейнеру, смачно чмокнул стекло, оставив влажный след губами. Биомасса шарахнулась назад, словно ее сейчас стошнит, забилась в припадке, сотрясая проклятущий контейнер.

Шарахнулась от ненормального в самый темный угол, стремясь увеличить дистанцию. Выпучила все свои многочисленные зенки в безмолвном вопле: «Спасите-помогите, люди добрые! Заберите меня от этого двинутого!»

Князь, наконец, сподобился скривиться от омерзения. Похоже, даже его поистине безграничное хладнокровие не выдержало экзальтированных выходок Менгелева.