Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

Её щупальца хлестали во все стороны с такой силой, что даже Император был вынужден отступить, создавая вокруг себя щит невероятной мощности.

Дарья откатилась за угол, едва успев уклониться от падающего обломка стены. В ушах звенело, перед глазами плыли круги — последствия контакта с разумом древнего существа.

— Костя! — крикнула она, но ответа не было, — Проклятье, что ты там говорил про «успокоительное»⁈

Тварь наверху словно услышала её голос. Одно из малых щупалец метнулось к ней с невероятной скоростью.

И закричала от боли. Там, где раньше она чувствовала проблеск чего-то человеческого, теперь была только ярость. Всепоглощающая, древняя ярость существа, которое кто-то посмел потревожить.

— ДАРЬЯ! — она услышала крик Вадима откуда-то слева.

Краем глаза она увидела, как он бежит к ней, на ходу создавая костяную броню. Но она понимала — он не успеет. Щупальце было слишком близко…

В последний момент что-то отбросило её в сторону.

— Что ты наделала? — Илона помогла ей подняться, — Что это за ритуал?

— Я… я не знаю, — Дарья пошатнулась, хватаясь за стену, — Безумов сказал…

— Безумов⁈ — глаза Илоны расширились, — Ты послушала Безумова⁈

Новый удар сотряс землю — Сверхсущность, казалось, впала в настоящее неистовство. Её щупальца больше не пытались что-то искать, как раньше.

Даже малые аномальные твари из Разлома в ужасе разбегались, забыв про людей…

— ВСЕМ ОТСТУПАТЬ! — голос Императора, усиленный магией, разнесся над городом, — НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ!

— Уходим! — Вадим наконец добрался до них, — Я же говорил…

— Заткнись! — огрызнулась Дарья, но в её голосе не было прежней властности. Только усталость и… страх? — Просто… заткнись.

Они побежали прочь, пригибаясь от летящих обломков. Где-то позади Олег прикрывал их отход потоком огненных колибри, отвлекая особо ретивые щупальца.

«Костя», — мысленно позвала Дарья, хотя уже знала, что ответа не будет, — «Какого черта ты задумал? Что пошло не так?»

Но в голове была только пустота. И где-то внутри неё, в той части души, где ещё жила память о солнечном дне и мокрой книжке про драконов, что-то болезненно сжалось.