Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

— Госпожа, — женщина в черном плаще с капюшоном (видимо, Ирма) села за руль, — А что с планом «Омега»?

— Пока отменяется, — Перчинка задумчиво шевельнула антеннами, — Ситуация изменилась. Нужно перегруппироваться и обдумать новую стратегию.

— Папа поймет, — твердо сказала мирмеция, — В конце концов, я делаю это ради него. Ради всей нашей семьи. Просто… другими методами. Такой ценный пленник… достоин принадлежать только роду Безумовых.

— А Император? — хохотнул бородач.

— А Император обойдется.

Двигатель заурчал, и внедорожник плавно тронулся с места.

— А с пленником что делать будем? — спросил шрамированный, кивая на босса.

— Для начала — вылечим, — Перчинка провела рукой по противогазу, — А потом… у нас будет долгий разговор. Очень долгий.

Караван машин растворился в сумерках, держа курс на Дикие Земли. Позади осталось Синегорье — израненное, но выстоявшее. А впереди ждала неизвестность и новые тайны, которые еще предстояло раскрыть.

«Прости, папа», — подумала Перчинка, глядя на удаляющийся город, — «Надеюсь, ты поймешь…»

Я продолжал незаметно накладывать печати Бездны на Черное Солнце, краем уха прислушиваясь к разговору. Каждый символ требовал предельной концентрации — одна ошибка могла стоить Айсштиль и остальным свободы. Или даже жизни. Работа осложнялась тем, что артефакт словно сопротивлялся — он хотел завершить начатое слияние осколков.

Кривотолков медленно приходил в себя после освобождения от контроля.

— Боги… — прошептал он, проводя рукой по лицу, — Что я наделал…

Он ссутулился, от величественной осанки не осталось и следа. Он огляделся вокруг, словно впервые видя последствия своих действий — разрушенные стены, следы битвы, раненых бойцов. Но князь быстро взял себя в руки. Даже сейчас, после всего случившегося, в нем чувствовалась порода — древняя кровь Кривотолковых не позволяла окончательно пасть духом.

Я сплел очередную печать, стараясь двигаться как можно незаметнее. В глубине Черного Солнца Айсштиль отчаянно сопротивлялась слиянию с другими осколками.

«Держись», — мысленно подбодрил я её, — «Осталось совсем немного».

«Легко тебе говорить!» — огрызнулась она, — «Ты не застрял тут с этими… этими…»

«Эй, я все слышу!» — это уже Ноктус. Его голос звучал чуть тише Айсштиль, но уже достаточно отчетливо.

Я приободрился.