Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

Девушки дернулись вперед — их движения были стремительны и грациозны, как у хищных кошек. Но Незнакомец остановил их властным жестом. Воздух вокруг него пошел рябью — словно кто-то бросил камень в зеркальную гладь реальности. Пространство начало загибаться само на себя, создавая причудливые геометрические узоры.

— Послушайте, Фома Лисовский, — его голос стал мягче, в нем появились какие-то гипнотические нотки, — Мы знаем о ваших… противоречиях с Кривотолковыми и Романовыми. О том, как они использовали вас.

— Ага, как же, — Фома сплюнул, и в месте, куда попала слюна, бетонный пол слегка задымился, — Знаем мы вашу справедливость — убийства дворян, шантаж и заговоры… С террористами не веду переговоров, даже по пьяни. У меня, может, с головой не все в порядке, но совесть еще осталась. И знаете что? — он поднял бутылку, разглядывая её на свет, — Даже мой самый забористый самогон не доводил до такого безумия, как ваши идеи о «всеобщем равенстве».

За дверями послышался топот множества ног — похоже, к хранилищу приближалось подкрепление. Девушки переглянулись и быстро вышли в коридор. Через мгновение оттуда донеслись звуки знатной драки — судя по грохоту и вскрикам, прибывшим охранникам крупно не повезло.

— Время на исходе, — в голосе Незнакомца появились стальные нотки, — Последний шанс, Фома.

Он медленно потянулся к застежкам противогаза. Воздух вокруг задрожал сильнее, пространство начало складываться само в себя, словно оригами из реальности. Казалось, сам воздух прогибается под его присутствием. Маска с шипением отделилась от шлема…

Фома прищурился, вглядываясь в открывшееся лицо. Его глаза расширились от удивления, потом сузились. В них промелькнуло что-то: узнавание? понимание? ужас? Он поднес бутылку к губам, допил остатки одним глотком и ухмыльнулся:

— Ну и рожа у тебя, Шарапов… — после чего решительно сунул руку в пульсирующую тьму Черного Солнца.

Руны на его предплечье вспыхнули багровым светом, словно раскаленное железо. По залу прокатилась волна силы такой мощи, что даже бетонные стены задрожали. Тьма в центре артефакта начала закручиваться спиралью, втягивая в себя окружающее пространство.