Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

В некоторых разломах виднелись обрывки проводов, искрящие электричеством, куски арматуры торчали подобно сломанным ребрам.

Но самым впечатляющим было то, что парило в центре этого рукотворного грота. Черное Солнце (теперь полностью активированное) представляло собой пульсирующую сферу абсолютной тьмы размером с небольшой автомобиль. Из неё в потолок бил столб черной энергии, пробивший себе путь через все этажи арены. Воздух вокруг артефакта искажался, словно сама реальность не могла вынести его присутствия.

А прямо перед этим воплощением древней мощи стоял… князь Кривотолков. Его некогда безупречный костюм был изрядно потрепан, но осанка оставалась по-прежнему величественной. Он словно любовался жутким зрелищем, подняв голову к потоку тьмы.

— Какая встреча! — произнес он, не оборачиваясь, — Генерал-губернатор собственной персоной. И юная Соколова… Как любезно с вашей стороны присоединиться к нашему маленькому празднику жизни.

— Кривотолков! — Горовой сжал кулаки с такой силой, что костяшки побелели, — Значит, это ты стоишь за всем этим? За Организацией? За терактами?

Князь медленно обернулся.

— О нет, генерал, — он покачал головой, — Я всего лишь… временно исполняющий обязанности, скажем так. Настоящий лидер сейчас занят более важными делами. Скоро вернется.

— Не верю, — процедил Горовой, — Ты никогда не был из тех, кто ходит в подчиненных.

— Шантаж? — Кривотолков рассмеялся, но в его смехе не было веселья, — Нет-нет, мой дорогой генерал. Я здесь по собственной воле. Знаете, плен… он дает время подумать. Переосмыслить некоторые вещи.

Светлана внимательно наблюдала за ним, подмечая малейшие детали. Что-то было не так в его движениях — они казались слишком… механическими? И его аура — она пульсировала странным образом, словно что-то искажало её естественное течение.

— О чем ты говоришь? — спросила она, делая шаг вперед, — Какие вещи?

— О старом порядке, милая девочка, — князь развел руками, — О системе, где горстка избранных правит всеми остальными. Где ваш дар определяет вашу судьбу. Где такие, как я… как мы все считаем себя лучше других просто по праву рождения.

— Только не говори, что ты вдруг проникся идеями всеобщего равенства, — фыркнул Горовой, — Не верю.