Возвышение Меркурия. Книга 12 (СИ)

— Не казни царь-батюшка, не лишай жизни слугу верного. Попросили меня на встречу тебя позвать. Да так, что не мог я отказать. Долг жизни на мне, царь. Вот и пришлось согласие дать. Клятву я получил, что не желают они тебе вреда причинять, а просто поговорить явятся.

Чуть поменявшийся в лице Алексей сделал шаг вперёд.

— Имя? Кто просил тебя об услуге?

Попов, не поднимая головы, снова принялся кричать.

— Сартинские! Они, собаки, меня подговорили. А с ними испанские гранды были. Перстни мне показывали! Честь по чести всё, царь-батюшка.

Сказали, помочь хотят! Мол против японцев вместе стояли, а сейчас их корона желает Рюриковичам добром отплатить!

Я поморщился от яростных воплей боярина, а разум ощутил эманацию довольства, которую излучал Сандал. Стоило глянуть на происходящее глазами спутника, как стала ясна и причина — дракон отыскал клубнику. Целые залежи, которые хранились в погребе и сейчас стремительно сокращались.

Уловив моё внимание, на момент замер, а потом с урчанием нырнул в ближайший громадный короб, втянув в себя половину ягод.

— Сартинские… Не помню, таких, — протянул Алексей, разглядывая стоящего на коленях патриция.

— Малый род, царь. В боярских книгах нет его. Дворяне из служивых. Спас их предок жизнь моему и тот клятву от имени всего рода дал. Не мог я иначе поступить. Да и не говорили они, что зла желают, — разразился новой порцией воплей Попов.

Прислуга и гвардейцы, смотря на своего господина, тоже спешно принимали коленопреклонённое положение и бухались лицом вниз.

Самые везучие — на доски веранды или покрытие дорожек, а основная масса — прямо в холодную заснеженную землю. Правда, принять нужную позу выходило не у всех — многих до сих пор корёжило от моей ауры, которая отключилась только недавно.

— Говоришь, малый род? С нами тогда к ним поедешь. Посмотрим на твоих Сартинских и на их грандов испанских.

Как только царевич закончил, в голове послышался тонкий писк Мьёльнира.

— Ты сс-с-с-мотри, почти как Шуйсс-с-ский заговорил.

Стиль речи действительно был немного похож.

У меня даже на момент зародилось подозрение, что сибирский князь и стал тем, кто нашёптывал Алексею недоброе. Вот только, не было у того мотива. Да и с Оболенским он был дружен. А что до оборотов речи, то половина князей изъяснялась похожим стилем. Часть по привычке, иные потому как желали походить на живые легенды, вроде того же Симеона или Ратибора.

У особняка Сартинских, который выглядел куда как скромнее, мы оказались спустя четверть часа.