Возвышение Меркурия. Книга 15 (СИ)

Скорее всего на капсюли, не давая тем сдетонировать и отправить пропитанную силой пулю в полёт. Как справляться с энергией Вольных, Дом Кали видимо был не в курсе. Но вот с влиянием на отдельно взятый материал, у них проблем не было.

На этот случай в резерве был второй план, над которым мы долго и упорно трудились. Особенно Мьёльнир, которому потребовалось провести немало экспериментов, прежде чем получить первые успешные результаты.

Блондин всё ещё хохотал, а на лицах большинства его соратников появились насмешливые улыбки.

Пара даже решила обменяться шутками по этому поводу, которые донеслись до моих ушей. Мол, чего ещё ждать от местного бога из какой-то очередной дыры.

А потом воздух над их головами сверкнула вспышкой портала и вниз, с грохотом рухнул саркофаг. Тот самый, в котором лежал Рюрикович. Собственно он и сейчас был внутри — как ни странно, несмотря на однозначную смерть разума и головного мозга, тело продолжало неведомым образом функционировать, генерируя ту странную силу, которой пользовались князья.

С каждым днём её было всё меньше, но пока хватало для поддержания мощи саркофага на прежнем уровне.

И оказалось достаточно, чтобы должным образом отреагировать, когда противники ударили по падающей конструкции чистой силой. На это и был расчёт. Они не могли не ударить — абсолютно прогнозируемое поведение для воинов, которые долгие десятилетия ведут бои с относительно опасными противниками. Когда рядом возникает нечто непонятное и падает тебе на голову, а перед этим кто-то рассказывал, как будет тебя убивать, инстинкты срабатывают сами, без участия сознания.

За какие-то доли секунды саркофаг окутался облаком силы, которая давила и рвала всё на своём пути. Потомки троллей обрушили на него такую мощь, что для защиты от неё, мне бы пришлось сжигать собственную «искру».

Мерцающее марево, закрывшее падающую конструкцию. Пошедшие по горному склону трещины. Искажённые яростью лица врагов. На мгновение картинка, как будто застыла.

А через секунду саркофаг буквально взорвался, обратившись множеством осколков.

Сила, которая была там сконцентрирована, плеснула в разные стороны. Вспарывая тщательно выстроенные сетки чужих плетений, разрушая комбинации, дестабилизируя работу аур.

На это и был расчёт — я отлично помнил свойства энергии, с которой пришлось сражаться в Москве. И неплохо представлял себе эффект её выброса посреди участка пространства, залитого чужой мощью.