Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

Особенно актуально это было теперь, после их атаки на территорию Леры. Тем не менее, ситуация немного изменилась. На поле битвы возникли новые легионы, готовые в любой момент ринуться вперёд. И что-то подсказывало — по своей силе они превосходят те, что стояли за моей спиной.

Вот теперь, он вроде бы удивился вполне искренне.

— Тот роскошный кусочек мяса с сиськами, что стоит слева от тебя, предложила сдаться только мне и ты слышал, что я ответил на это предложение. Ты же хочешь заполучить весь Дом Кали и все семь Башен.

В ответ я невозмутимо пожал плечами.

— На твоё благоразумие. И инстинкт самосохранения. Это же очевидно.

Слева от меня скрипнула зубами Найхва, которой эпитет Владыки Башни, мягко говоря, не понравился. А сам он внезапно ослабил защитный барьер. И мне тут же стало понятно, отчего тот не сильно нас опасался.

Причина была элементарна — внутри его каркаса находилась такая же многокомпонентная «искра», как у меня. Треть её приходилась на божественную суть Агвира, а весь остальной объём состоял из мощи самых разных богов — некоторых я даже не смог распознать.

Хозяин Башни снова рассмеялся.

— Думал только вам попадались корабли Агвира? Остатки его флота крутятся тут уже тысячи лет. Мы завладели десятками из них. Не говоря уже о судах Матери Снов и прочей мелочи, которую сюда отправили на разведку. Неужели ты ожидал встретить кого-то слабее себя?

Теперь, когда я видел его «искру», стало понятно, что переговоры успехом точно не завершатся.

— Не стоит быть таким самоуверенным при разговоре с римским богом.

Мужчина посмотрел на меня с толикой жалости и вроде бы собирался что-то ответить. Но Мьёльнир уже закончил со стенами — вся влитая в них мощь теперь подчинялась каменному спутнику. Сами виноваты — стоило использовать более изящные решения, а не полагаться на давление грубой силы — из-за него вскрытие сдерживающего барьера заняло немало времени, но зато потом проблем с установкой контроля практически не возникло.

Теперь вся эта мощь выплеснулась, обрушиваясь на одну единственную точку пространства — ту самую, где находилась наш собеседник. Следом ударил я, используя всю ёмкость своей «искры». Закрутилась, подчиняющаяся силе Найхвы, вода в бассейне. Сверкнули призрачные фигуры соколов Оболенского. Хлестнула плети тьмы Прохора.