Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

Её было столько, что списать всё на вынужденное поглощение нескольких сотен или даже тысяч вражеских сущностей, не выходило. Речь шла, как минимум о сотнях тысяч погибших. А скорее всего о миллионах. Вполне вероятно, о десятках миллионов.

Наконец, в-третьих — слепок его энергии соответствовал тому, что присутствовал в мире альвов, куда рвались Вольные. Вот он — недостающий компонент головоломки. Уверен, именно с ним связана та симбиотическая зараза, что едва не убила Олега. Вполне вероятно, что и альвы выбрали путь поглощения человеческих душ из-за его вмешательства.

Всё вместе взятое говорило об одном — как бы не хотелось отнести его к потенциальным союзникам, скорее всего это враг. Сильный и располагающий громадным объёмом знаний. Возможно даже имеющий в подчинении небольшую армию.

Надо сказать, говорили они недолго. Буквально несколько минут, не более того. А потом произошло именно то, чего я опасался — моя божественная печать прекратила существование. Меркурий под номером два использовал ту же самую тактику — перекрыл её своей собственной.

Задерживаться они не стали — практически сразу полыхнул портал и обе фигуры исчезли. Позади же снова зазвучал напряжённый голос Ургена.

— Теперь он в курсе всех твоих планов? Кто это вообще? Что за второй Меркурий, который так запросто уводит твоих соратников?

Глянув на него, я печально усмехнулся.

— Сейчас расскажу. И поверь, ты узнаешь немало интересного.

Краткое изложение фактов заняло не так много времени. Конечно Урген немедленно засыпал меня массой вопросов, но ответов на них у меня всё равно не было.

Оттого бог эвенкилов погрузился в мрачные размышления — никому не нравилось ощущать себя копией оригинала, у которой даже память отчасти была чужой.

Единственное, что здорово смущало во всей это теории — громадный разброс по времени. Отделение от Древа произошло очень давно. И если Меркурий, которого я недавно видел, на тот момент уже существовал, то и все копии должны были возникнуть одновременно с ним. Однако на практике дело обстояло иначе — возраст римского пантеона, на фоне времени прошедшего с момент.

К моменту моего появления, отделение уже давно стало историей. Тем не менее, я своими глазами видел оригинального римского бога. И это вызывало серьёзный диссонанс. Потому как всё указывало на то, что новые миры продолжали появляться. А раз так, значит существовала и некая, формирующая их сила. Что никак не вязалось с выпавшим из истории Рассеном.

Всё это было сложно.