Возвышение Меркурия. Книга 17 (СИ)

Что-то в духе — ради чего мы столько старались, если ты всё настолько бездарно потеряешь?

Брат это тоже отлично понял. Что, судя по оттенкам разума, его изрядно возмутило. Но выражение лица, правитель империи удержал прежнее — определённые навыки за время своего царствования, Алексей всё же приобрёл.

— Вообще-то, у меня свадьба скоро. На Волконской. Вот как сыграем, так и о детях подумаю. А зачем сюда алтарь переносить, я вовсе не пойму.

Дарья помолчала. Тяжело выдохнула, всем своим видом демонстрируя, как ей тяжело.

— Его можно привязать к защите дворца. Усилить барьеры. Обеспечить безопасность. Там сила Вьерана, в конце концов! Которую я могу дополнить. Только какой в том прок, если алтарь в Москве, а ты здесь? Кого он там защищает? Гарнизон?

Алексей повёл головой, с лёгким раздражением глянув куда-то вбок. В сторону картин, внутри которых были заключены образы их предков. Со стороны могло показаться, что Рюрикович задумался о силовом противостоянии, но я хорошо видел оттенки его сознания и понимал, что это не так.

Скорее это просто был жест, вошедший у императора в привычку.

Вернув взгляд на сестру, заговорил вновь.

— Там Кремль, стены которого пропитаны плетениями, которые тоже составил Вьеран. Это они охраняют алтарь, а не наоборот. Где будут обретать истинную силу мои дети, если его уничтожат?

Я почувствовал, как от царевны пахнуло удивлением.

— Только не говори, что Меркурий тебе не рассказал? Нет там больше Стража. А значит и родовой Дар больше не обрести. По крайней мере ту его Грань, о которой мы говорим.

Сейчас это просто источник силы. И раз уж ты заговорил про стены, то почему ты тогда здесь, а не в Москве? Барьеры дворца может сломать почти любой бог. И будь уверен, они могут заявиться сюда в любой момент.

Вот теперь в глазах Алексея появилась настоящая паника, а взгляд метался от одного гвардейца к другому. Понятное дело, он был в курсе невозможности обретения их особенной Грани. Но вот в широкие массы этот секрет не ушёл. Если император его вообще кому-то доверил.

Теперь же, он либо должен был смириться, либо убить каждого, кто слышал эти слова. По крайней мере, сам Рюрикович, судя по его лицу, думал именно так. А посеревшая кожа гвардейцев рода указывала, что они с ним абсолютно согласны. Мужчина, который стоял около трона и вовсе качнулся в сторону, как будто собираясь бежать.

Дарья несколько секунд рассматривала паникующего брата, после чего звонко расхохоталась. Отсмеявшись, глянула на ошеломлённого правителя.