С другой стороны, он из второго поколения. К тому же, сейчас очень слаб.
— Есть только один вариант. Ты станешь моим воином.
Тот устало усмехнулся.
— Даже не хочешь предложить место среди свиты?
Я отрицательно качнул головой.
— Нет.
Гифер на секунду задумался. Потом склонил голову.
— Я стану твоим воином, римский бог. Могу я выйти?
Молча отступив на пару шагов назад, я махнул ему рукой. Риск был минимален — титан истощён, а я только недавно поглотил несколько осколков со своей собственной силой. К тому же, рядом был пышащий мощью Сандал и Мьёльнир, внутри которого имелся солидный резерв энергии.
А присяга в качестве воина, не даст ему выбора в будущем. Если член свиты потенциально был способен на бунт, то у воина была совсем иная клятва. Пронизывающая его разум до самого основания. Правда, срабатывало это только с божественными сущностями или теми, кто был к ним близок. Оттого я и не применял её на смертных. Их сознания просто развалились бы на части, не выдержав тяжести процесса.
Гифер процедуру вытерпел.
Хотя, после столь длительного периода голода, ему тоже пришлось тяжело. Поэтому, перед тем, как мы забрались на слегка недовольного дракона, который обзавёлся вторым седоком, я зачерпнул немного энергии из резерва Мьёльнира и влил в титана. Не сказать, что это полностью помогло, но теперь тот хотя бы не выглядел, как оживший мертвец.
А через пару минут после того, как мы оказались в воздухе, снова звякнул дарфон. На этот раз Лера.
«Трофеи загружены. Мы готовы выдвигаться. Пару минут назад пришло сообщение от Ганзы — они не признают решение городского совета и объявляют о начале операции по принуждению к миру и порядку.
Власти Данцига интересуются, стоит ли им рассчитывать на нашу помощь?»
Когда я заключал договор с Данцигом от имени рода Афеевых, то не предполагал, что в Российской империи начнётся смута. Не будь её, Ганза сначала попыталась решить вопрос экономическими методами. А сейчас, они понятное дело рассчитывали, что Оболенского отзовут назад — какой бы из противоборствующих сторон, князь не подчинялся, та точно пожелает видеть его на поле боя, а не странствующим по Европе.
Если кто-то из Ганзы принимал в расчёт и меня, то видимо полагал, что тут будет иметь место такая же ситуаци. В целом, полностью верные выводы."
"Обеспечить вольному городу поддержку в ситуации, когда внутри империи разгорается гражданская война, будет проблематично. Но и терять Данциг, который мог стать прекрасной базой на Балтике, мне не хотелось.
