Возвышение Меркурия. Книга 11

Впрочем, что касается появления нового свидетеля, то об этом и правда стоит сообщить прессе.

Чуть придвинувшись, я уточнил.

— Вы же понимаете, что если не ограничить влияние Хранителей, они могут убрать вас и в мирное время? Заменив кем-то, более лояльным к себе.

Правитель Швеции, мрачно кивнул.

— Я не идиот, господин Афеев. Деятельность Хранителей будет взята под строгий контроль, а моя охрана усилена.

Он хотел добавить что-то ещё, но сдержался. Рискну предположить — вопрос о том, как мы прошли через защитные барьеры его дворца? Даже чуть жаль этого смертного — раз он так уверен в своей защите, значит уже очень давно не сталкивался с настоящей угрозой.

Конечно, жаль, что его нельзя вынудить напрямую обвинить во всём Хранителей и заявить об их контроле над множеством аристократов Европы. Но полученный результат уже был неплох. А мысли о том, что Хранители держат на коротком поводке многих мировых правителей, я в силах донести самостоятельно.

— А ты популярр-р-рен! Корр-р-роль то в лицо узнал.

Слова Сандала заставили внимательнее присмотреться к монарху, но ничего подозрительного, я в его энергоструктуре не заметил.

Всё укладывалось в норму — никаких ментальных плетений, следов энергии душ или какого-то внешнего контроля. Вполне вероятное, моё лицо просто мелькало в его оперативных сводках. Думаю, за последнее время, я успел привлечь к себе внимание многих разведок мира.

— И ещё один небольшой момент. Это уже лично для меня и всего рода Афеевых.

Густав сдвинул брови на переносице, видимо ожидая, что сейчас последуют слова о деньгах или земле.

Но я озвучил совсем иное предложение.

— Вы обязуетесь в ближайшие четыре часа донести до поляков своё королевское мнение — если следующим правителем Польши будет избран кто-то из рода Потоцких, то вы будете этим крайне недовольны. А чтобы я был уверен, обещание будет дано в виде клятвы на Даре.

Брови шведского правителя поползли вверх, а я добавил.

— Ещё я попросил бы обеспечить необходимый уровень безопасности для инвестиций моих союзников — Дома Ли из Чосона.

Остальные шведы обменялись взглядами, а король осторожно уточнил.

— Тех самых Ли, что правят Кореей?"

"Получив мой утвердительный кивок, чуть подумал и выразил согласие. В том числе и с первым предложением — конкретики от него там не требовалось, а фраза «буду крайне недоволен» не обязывает ни к каким конкретным действиям.

В процессе, я почувствовал приближающееся пятно мощи — князь Оболенский, пусть с некоторым опозданием, но явился.