Возвышение Меркурия. Книга 11

Защитные барьеры гостиницы, Мьёльнир взял под контроль без малейшего усилия — на то, чтобы перехватить управление простенькими артефактами, у спутника ушли считанные секунды.

Вот на то, чтобы выбрать несколько десятков произвольных камней среди дорожек и превратить их в артефакты, выстроив около гостиницы уже настоящую защиту, ему потребовалось куда больше времени. Хотя и тут, с первым этапом он совладал за какую-то минуту. Немного ожидания и вместо барьера, что не пропускал внутрь чужие взгляды и мог отразить пулю, мы получили щит, сломать который окажется под силу только Одарённому в ранге Великого Мастера.

Впрочем, спутник продолжил, увлёкшись задачей — что-то подсказывало, спустя четверть часа, сюда будет сложно прорваться даже отряду Хранителей, под завязку накачанных силой мёртвых душ.

Оболенский новый защитный контур тоже заметил. Задумчиво крутанул правый ус, огляделся вокруг и уважительно покосился на Мьёльнира, что так и обвивал моё правое запястье.

Лера, сопровождаемая Жориком, устремилась на кухню ресторана, который располагался внизу. Уловив взгляды Ульриха и Прохора, устремлённые в сторону, откуда пахло едой, я понял, что до сих пор не озвучил никаких инструкций.

— Сейчас у всех есть три часа, чтобы отдохнуть. Если я вдруг не проснусь сам, будите.

Стоило мне двинуться к лестнице, как за спиной послышался голос Ульриха.

— Что делать, если заявится патриарх?

Оглянувшись, я скептически приподнял брови. Древняя легенда, судя по рассказам о её появлении, появлялась исключительно ночью и только, когда человек спал. Сейчас же под условия подходил только второй критерий — на улице было светло.

Свенсен понял мой взгляд по-своему.

— Всякое же может быть. Если это правда, то стоит иметь какой-то план.

Вздохнув, я выжал из себя усталую усмешку.

— Мьёльнир выставит артефакторную защиту, накопителей ещё хватает.

Оболенский кашлянул и посмотрел на меня со странным выражением лица.

— Василий, ты силён, спору нет. Но патриарх убивал Одарённых вроде меня и Симеона. Не думаю, что от него легко даже просто защититься. Не говоря уже об убийстве.

В ответ я лишь пожал плечами — сил на то, чтобы вступать в дискуссию, у меня уже не было.