Никто не спешил к королевскому дворцу, чтобы поинтересоваться судьбой де Блуа и выяснить, что случилось с правителями.
Мьёльнир поставил внешний барьер, который прикрывал всю территорию и должен был сигнализировать в случае, если его попытаются пробить или хотя бы примутся изучать. Спутник не удержался и добавил свою новую силу — я хорошо видел вкрапления теней, которые скользили в энергетической стене."
"Особняк оказался настоящим небольшим дворцом, за которым присматривали несколько десятков слуг. Большая их часть отправилась домой, а с тех, кто выразил желание остаться и обеспечить комфорт новых владельцев, я взял клятву на Даре.
В случае с де Блуа, почти вся прислуга была из числа Одарённых — видимо франки считали, что подобный подход наглядно демонстрирует их статус в обществе.
Бассейна, правда, здесь не было. Так что, когда все кроме меня заявили о том, что голодны, на трапезу пришлось собираться в большой столовой с длинным столом из красного дерева и развешанными по стенам гравюрами.
Когда двое оставшихся с нами лакеев принялись вносить блюда, я понял, что тоже голоден.
Более того — казалось настолько зверско, что окажись здесь зажаренный бык, казалось съел бы его целиком.
Спустя два стейка, бокал вина и несколько порций каких-то местных закусок, ощущение голода стало слабее, но полностью всё равно не пропало. Чем-то напоминало моё состояние после зачистки первых Пробоев, когда смертная плоть стремительно менялась и требовала мощной подпитки, моментально перерабатывая всю пищу, которая получала.
Мьёльнир, который пока так и оставался в образе большого каменного ежа, вовсю поглощал сладости — лакеям пришлось подключить к работе ещё двоих слуг, чтобы успевать приносить новые. Насколько я понимал, в ход пошли все варианты полуфабрикатов, которые имелись на их кухне и могли быть быстро приготовлены,
Клубника для Сандала тоже нашлась, но её дракону хватило ненадолго. Так что тот парил в воздухе и с лёгкой завистью наблюдал, как живой камень уплетает блюдо за блюдом. Глядя на это, я даже на момент задумался, куда это всё потом пропадает? Перерабатывается в чистую энергию?
Когда мы расправились с солидной частью еды, Оболенский отвернулся от девы, что всё это время мило щебетала ему что-то на ухо и посмотрел в мою сторону.
— Какие у нас планы, Сиятельство? Назад али пока тут останемся?
Я сделал глоток кофе, которым решил чуть взбодрить организм и перевёл взгляд на князя.
— Убедимся, что от франков больше не исходит угрозы и потом назад.
